Выступление Константина Затулина 5 июня 2026 г. на ПМЭФ

Я начну с одного общего места. Россия – многонациональная страна. Но, по моему глубокому убеждению, с точки зрения хотя бы безопасности, внутренней стабильности, – главный национальный вопрос, с которым приходится иметь дело России — это русский вопрос. Я даже вел на одном из каналов телевидения в течение четырех лет еженедельную передачу, которая так и называлась – «Русский вопрос». Государствообразующий русский этнос – 80% населения. И если он будет не удовлетворен развитием страны, если он будет не удовлетворен в своих национальных интересах, то, конечно, это создаст проблему в целом для государства. Но есть еще одна важная характеристика, которую мы всегда должны иметь в виду, когда рассуждаем о национальном вопросе в России. Российская Федерация находится на том самом пространстве, которое всего четыре десятилетия назад было общим пространством и одним государством. При наличии, конечно, союзных республик. Тем не менее, никто не сомневался: Советский Союз существовал как единое государство с одной руководящей и направляющей политической силой – Коммунистической партией. Я не буду сейчас вспоминать, почему так произошло, что он распался. Я считаю, что мы всегда живем в условиях внешнего давления, – и тогда жили, и сейчас живём, – но такого рода катаклизмы, так же, как и поражение России извне, невозможны без того, чтобы мы здесь внутри не зашли в какой-то тупик, который, собственно говоря, и поспособствовал всему дальнейшему расколу. Мы находимся на этом пространстве, которое совсем недавно было общим, – это вполне естественное наше жизненное пространство, пространство наших интересов. И, конечно же, этот факт является, – в случае, если мы его грамотно, верно используем, – на самом деле основанием для нашей силы как государства. Способности наши влиять на события за пределами наших границ, в новых независимых государствах. Или является нашей слабостью, если мы неправильно себя ведем или совершаем ошибки. Совершенно очевидно, что в силу того, что мы живем вот в таком пространстве, рецептом для России не является ксенофобия, выстраивание китайской стены по периметру границ Российской Федерации. Между тем у нас в стране развивается, к сожалению, мигрантофобия в определенных пропорциях. По отношению к представителям народов, прежде живших в одной с нами стране, а теперь по соседству на постсоветском или евразийском пространстве. Мы предъявляем претензии, – для этого есть основания. Есть проблемы, конечно. Но эти проблемы гипертрофируются и доводятся до крайних степеней некоторыми, в том числе – политическими деятелями, которые на этом, как им кажется, зарабатывают политический капитал.

Первое, что я бы хотел сказать, что для нас этот путь абсолютно заказан. То есть мы, как многонациональное государство, не можем на самом деле исповедовать путь ксенофобии, мигрантофобии и так далее. Тем более по отношению к своим соседям. Теперь второе обстоятельство из этого вытекающее. У нас в числе народов, которые живут в России, живут давным-давно, как раз представители тех народов, у которых теперь существуют свои собственные самостоятельные государства: Украина, Молдова или Молдавия, Грузия, Армения, Азербайджан, в конце концов, Израиль. Достаточно много евреев живет в России. Я бы мог назвать и другие народы. Нет своего государства, например, где-либо за пределами России у адыгов-черкесов. Но большое количество адыгов-черкесов живет за пределами Российской Федерации, даже за пределами бывшего Советского Союза, со времен Кавказской войны. То же самое могу сказать и об евреях: они начали переселение в Израиль с момента создания государства Израиль. При этом у нас в стране существует, мы все знаем, Еврейская автономная область на Дальнем Востоке. И вот здесь тоже возникает вопрос, уже в данном случае к гражданам России этих национальностей. Перед ними, хотят они этого или нет, всегда маячит вопрос лояльности. Кому они в первую очередь лояльны? Родине, откуда они происходят, например, Грузии, Армении, Азербайджану? Или стране, в которой они сегодня живут и являются гражданами, – Российской Федерации? Может быть, живут даже не сегодня, но на протяжении многих поколений? Например, как армяне, которые живут на юге России столетиями и дали название населенным пунктам, – Армавиру или, допустим, Нахичевани под Ростовом, из которого этот город Ростов затем вырос. Это важный вопрос, особенно в испытательные моменты. И по-разному на самом деле сегодня на него отвечают. Мы видим разные модели поведения, которые тоже должны учитывать. Вот, например, я ничего не слышал о том, чтобы азербайджанцы в России как-то выступали в роли оппонентов действующей в Азербайджане власти. Напротив, достаточно тесные связи между диаспорой и властью Республики Азербайджан. Никогда не слышал никакого среди азербайджанцев у нас негатива в адрес политики своей собственной страны. Как бы она себя не вела, – хорошо, или плохо по отношению к России. Хотя были такие моменты, никакой критики или оппозиции не было.

Совершенно иная ситуация на данный момент возникла с армянами и Арменией. Кстати, если кому-то интересно, как раз сегодня вышла моя статья в «Московском комсомольце», которая так и называется «Еще раз о любви: о российско-армянских отношениях до и после выборов». Которые пройдут в это воскресенье, 7 июня. Вот начинается эта статья со слов: «Армян в России живет не меньше, если не больше, чем в Республике Армения. Число граждан Российской Федерации армянской национальности сравнимо с числом граждан Армении, живущих во всем мире. Прежде всего в Армении, конечно». Вот на сегодняшний день власти Республики Армения, очевидно, взяли курс на уход из общего пространства, на разрыв тех связей, которые существовали в течение многих столетий. Чтобы они ни говорили при этом публично, как бы они не пытались это отрицать, это действительно так. Причем это последовательный курс, который проводится нынешним правительством Армении не с вчерашнего дня и даже не с прошлого года, когда они приняли закон о начале вступления в Европейский Союз. Он проводится с момента прихода к власти Никола Пашиняна. Маргинальный политик и русофоб, которому по существу сдали власть проворовавшиеся и запутавшиеся политики в Армении, он с самого начала, – сначала достаточно скрытно, но последовательно, а затем вполне откровенно, после того, как Россия вступила в СВО, – взял курс на дистанцирование от России. Всякое дистанцирование, военно-политическое, экономическое, иное. Он не может всего сразу осуществить, – понятно, что связи с Россией экономически безальтернативны, – но он это делать пытается. И вот сегодня ситуация, — мы знаем официальные предвыборные рейтинги, — относительное большинство в Армении, 24-25% набирает по опросам его политическая сила. В то же самое время опрос, который проведен ВЦИОМ в России, среди граждан Армении и граждан России армянской национальности, которые в РФ живут, говорит, что 41% из них выступает, за оппозиционную силу, за «Сильную Армению». И только 7% поддерживает Пашиняна. Разрыв происходит между диаспорой и родиной армян — Арменией. Это ситуация, которую необходимо, безусловно, проанализировать. И в данном случае, как мне кажется, думая о единстве России, мы должны понимать, что 7 июня в Армении на выборах будет решаться не только судьба армянского народа, но и, в какой-то мере, будет решаться или затрагиваться судьба многонационального народа Российской Федерации. В которой армяне являются частью многонационального феномена российской нации. Это важно, это существенно.

Я уже не буду говорить о том, какие проблемы порождал и порождает сегодня тот факт, что мы вынуждены вести Специальную Военную Операцию. Русские и украинцы – это два разных народа или это один народ? Президент дал свой ответ на этот вопрос, неоднократно говоря о том, что он считает русских и украинцев по существу одним народом. Но раз СВО происходит, получается, что мы не обладали в достаточной степени способностью это закрепить. И даже не ставили это себе целью в 90-е годы. Конечно, националистическая элита Украины эту связь отвергает, отрицает и считает, что вообще украинцы произошли от народа укр, которого никогда не было в истории. Эти все вопросы, безусловно, нужно иметь в виду, если пытаться, как мы этого хотим, добиться единства народов России. Прежде всего, — понимания со стороны тех национальных диаспор, которые есть у нас внутри России. Диаспоры, конечно, не являются краеугольными для судьбы России. Но они критически важны для безопасности и стабильности Федерации, какую бы малую часть общероссийского населения не представляли. Ведь поползновения к тому, чтобы создать проблемы, существуют. К примеру, Финляндия, и Прибалтика, Эстония особенно, пытаются раскачать финно-угорские народы Поволжья, напомнить им об их особости. Для того, чтобы связать с собой их дальнейшие перспективы, заронить свои планы в среду этих народов. То же происходит, например, в среде крымских татар, которые теперь являются частью народа Российской Федерации, но которых, понятно, достаточно много и на Украине, и в Турции. Которая вообще считает своим долгом выступать как патрон крымско-татарского народа и не признавать вхождения Крыма в состав Российской Федерации. Это очень важные обстоятельства, на которые мы обязаны обращать внимание. Наша активность по периметру наших границ, в пределах бывшего Советского Союза, является, конечно, частью не только внешней, но и внутренней политики Российской Федерации.