Константин Затулин в программе «Большая игра». Выпуск от 20.10.2026

Актуальная информация о ходе военной спецоперации России на Украине.

Специальный представитель Государственной Думы РФ по вопросам миграции и гражданства, член Комитета Госдумы по делам СНГ, евразийской интеграции и связям с соотечественниками, директор Института стран СНГ Константин Затулин в программе «Большая игра»:

«К. Затулин: Ну, Александр Михайлович Байбаков действительно всё объяснил коротко, но я считаю, не вполне исчерпывающе, поскольку надо бы добавить к этому, что значение этой сделки выходит за рамки чисто экономического действия.

Д. Саймс: Ну, я спрашивал, справедливости ради именно экономического.

К. Затулин: Поскольку оно, естественно, впечатляет мировой рынок. Действует, в том числе на котировки. Понятно, что объём физически этого дизеля не так велик, как требуется, например, мировому рынку. Но значение этого шага после стольких лет санкций, односторонних решений, оно, конечно, гораздо важнее. И в этом смысле то, что касается политического эффекта, — он налицо.

Расширяется трещина между Соединёнными Штатами и Украиной. Всё больше проблем во взаимоотношениях между США и другими членами НАТО в Европе. Того военно-политического блока, который был детищем Соединённых Штатов и из которого они теперь уносят ноги. Они пытаются из него выходить или уж по крайней мере сокращать своё в нём участие.

Это всё для нас хорошие новости. И если говорить в целом, есть такая старая русская поговорка: «Не рой другому яму, сам в неё попадёшь». Всё, что говорил Александр Михайлович в начале, совершенно поддерживаю. То, что Запад, особенно при Байдене, так консолидировался ради нанесения ущерба России — сегодня он пожинает плоды этого. А Соединённые Штаты пытаются из этого выйти, потому что перед ними другие задачи. Перед ним задачи, связанные с их конкуренцией с Китаем, с их нежеланием, чтоб Россия слишком с Китаем сближалась. Их желанием всё-таки как-то сбалансировать отношения в этом треугольнике. Поэтому речь идёт чуть ли не о Новой Ялте, если в Майами состоится встреча трёх лидеров. Мы ещё не знаем, состоится ли она в этом формате. Я имею в виду Россию, Китай и Соединённые Штаты.

Д. Саймс: Ну вот что сделал Трамп, по крайней мере, для меня это было несколько неожиданно, но зачем он это сделал — понятно. Понятны и экономические мотивы, и внутриполитические мотивы накануне промежуточных выборов. Ну так объясните, пожалуйста, нашей аудитории. Зеленский, у него что, вообще уже совсем шарики за ролики заехали? Когда он начинает таким образом провоцировать Трампа, фактически провоцировать. Или у него недержание речи, что происходит?

К. Затулин: Можно я отвечу по-японски? «Кагемуся» — так назывался фильм Акиры Куросавы. В переводе это значит — «Тень воина». Напомню, что там речь шла о том, что гибнет полководец, находят двойника, — бывшего или настоящего воришку, которого облачают в доспехи и он постепенно проникается сознанием, что он-то и есть полководец. Но всё в скором времени приходит к концу, потому что первое же столкновение, — разоблачение всего этого и трагическая гибель. Вот на этом этапе сейчас и находится Зеленский.

Он внушил себе, что он демиург. Он внушил себе, что он манипулятор, манипуляции которого позволяют ему на самом деле выказывать претензии тем странам, которые оплачивают его войну. Ведь удивительны рассуждения не только Зеленского, но и его окружения, что вот им все обязаны помогать в том, чтобы они вели дальше войну для победы над Россией. Я в первый раз встречаю такую наглость, при которой в течение нескольких лет страна, которая сама войну вести не в состоянии, пользуется поддержкой ради того, чтобы навредить России, ей дают деньги, но при этом она теперь уже и покрикивает на этих своих спонсоров, журит их, критикует или даже прямо обвиняет, как в случае с Трампом.

Конечно, у Зеленского сегодня ситуация внутри страны складывается так, что он теряет всё больше полномочий. Это ползучий процесс. Хотя это вряд ли в прямом смысле может привести к решению провести выборы. На данный момент я лично не вижу больших перспектив в том, чтобы было возможно заставить всю эту кампанию во главе с Зеленским прийти к выборам. Но то, что Зеленский на этом фоне всё больше теряет полномочий и влияния, это очевидно даже в его окружении.

Конечно, выросли за это время кандидатуры на это святое место. Они есть. По-разному они определяются. Ну, вот один из людей, которым я вполне могу доверять анализируя, говорит о том, что есть, по большому счёту, две кандидатуры, наиболее крупных. Кандидатур будет, конечно, много, но вот наиболее влиятельные, если выборы бы в самом деле произошли, — это Залужный, с одной стороны. От партии войны. И Усик — православный, боксёр из Крыма, как бы представитель партии мира. Они оба прозападные, но нюансы существуют. Оба заквашены в английской бочке. Один так вообще послом является в Великобритании.

Это всё перспективы, если не произойдёт слома. Слома на фронте, который приведёт к неконтролируемому развитию ситуации. Вот если он пройдёт, здесь ни за что нельзя ручаться. Как в одном фильме у Никиты Михалкова говорили: «Если прижмут к реке, ничего нельзя гарантировать». То же самое и здесь.

Если говорить о легальном политическом процессе, то, конечно, у Зеленского есть пока возможность длить свои дни в качестве просроченного президента. Вот это сейчас происходит. Он пытается компенсировать свои проблемы хулиганством на международной арене по отношению к Трампу. Я думаю, что на этом он никаких, в конце концов, очков не заработает. Он скорее теряет и теряет всё больше, хотя хорохорится. Просто не понимает, к чему это в конечном счёте может привести. По-моему, такое впечатление, он потерял представление о реальности».

<…>

«К. Затулин: Ну, я вообще считаю, что ни в коей мере нельзя ослаблять бдительность, тем более в период военных действий и такой международной конфронтации. Но мне кажется, что все вот эти заявления, в том числе британские, по поводу планов на Арктику, являются попыткой отвлечь наше внимание, переключить наше внимание на этот театр для того, чтобы ослабить хватку на других участках. Никакой перспективы в ближайший и среднесрочный период на самом деле для того, чтобы они на что-то покусились в Арктике, я не вижу.

Но это же сложный регион, как все мы знаем. Для того чтобы плавать там, нужно иметь для этого ледокольный флот, которого нет даже у Соединённых Штатов. Именно поэтому Соединённые Штаты пару лет назад, по-моему, запланировали срочное строительство ледоколов. Но это всё не ближний свет, как говорится, по времени.

На самом деле, в холодную войну происходили разные эпизоды под водой. Мы знаем были инциденты, столкновения, о них много писали, говорили, даже снимали фильмы. Но что касается широкомасштабной деятельности в Арктике, например, торгового Северного морского пути, то никто, кроме России, сегодня обеспечить вдоль своих берегов такой маршрут не может. Это всё совершенно очевидно. Англия не находится с той стороны Берингова пролива. Поэтому я не думаю, что с той стороны Берингова пролива англичане нам угрожают. Англия находится в другой стороне.

С другой стороны есть свои проблемы, но я думаю, что мы в состоянии, это совершенно верно было сказано, их купировать. И совершенно правильно было то, что ещё до всякого обострения в такой форме, наш Верховный, Президент Российской Федерации, Министерство обороны придали такое значение военному освоению Арктики. То, что сейчас в Арктике находится, гарантируя нашу безопасность, конечно, на порядок, на несколько порядков выше и лучше, чем то, что было ещё в девяностые годы».

<…>

«К. Затулин: Я думаю, что мы должны понимать, с чем мы сталкиваемся в принципе в Соединённых Штатах. Я считаю, что главным риском улучшения российско-американских отношений является не что-нибудь, а именно тот консенсус, который существует в правящих кругах по поводу отношения к России.

Мы вынуждены признать, должны признать, что не только в палатах Конгресса, но и шире, шире на уровне… масс населения Соединённых Штатов, — или, по крайней мере, тех из них, кто интересуется внешней политикой, делает свои прогнозы или высказывает свои суждения, — абсолютно точно сейчас превалирует негативное отношение к России. Именно по этой причине сегодня Дональд Трамп и его команда вот в этой истории с приостановкой действия Starlink, котора раскручивается в разных версиях, — вынуждены оправдываться.

Мне кажется, что оправдательный тон — не лучший тон ни в какой политике, он всегда уязвим. Но они вынуждены это делать, потому что на самом деле широко разлито недоверие, опасение России. Они даже в интересах дела, предпринимая какие-то шаги, должны делать реверансы в пользу общественного мнения.

Это серьёзная проблема. Это не значит, что она вечная, история XX века свидетельствует об этом. Когда-то после Октябрьской революции до тридцать четвёртого года Соединённые Штаты не признавали существование Советского Союза. Но прошло, как мы знаем, нескольких лет, началась Вторая мировая война, и мы оказались союзниками. Всё преходяще, всё возможно. Но то, чего, с чем мы сегодня сталкиваемся, — мы сталкиваемся с тем, что да, и в команде самого президента Трампа, безусловно есть разные абсолютно с точки зрения отношения к России приоритеты.

Вот, например, мы всё время сталкиваемся, что злым следователем в отношении России выглядит госсекретарь Соединённых Штатов Марко Руби. Это общее место в комментариях. Несколько иное отношение, скажем, у других людей, которые считают себя союзниками Трампа. Некоторые из них вообще-то перестали быть его союзниками, как, например, Такер Карлсон, потому что призывают его к ответственности за его действия и разоблачают лицемерие по этому поводу. Дело дошло до того, что между ними произошёл разрыв.

Вы вспоминали Рональда Рейгана и Брента Скоукрофта. Хочу вспомнить, что в книге Строба Толбата и Беншлоса «Тайная история окончания холодной войны» рассказывается, как реагировали унаследованные Бушем от Рейгана… Скоукрофт, например, на ситуацию в Советском Союзе, кризис в Советском Союзе. В то время как госсекретарь Бейкер публично выражал поддержку Горбачёву, — и даже Буш, приезжая на Украину, призывал их не торопиться с независимостью, — в это же самое время в бункере Белого Дома, помощник по национальной безопасности генерал Скоукрофт настаивал на том, что надо добить противника. Надо довести дело до конца, для того чтобы снять с доски главного конкурента Соединённых Штатов. И, естественно, что он, в своих мемуарах и Рейгана начинал подозревать, что тот слишком сентиментален к Советскому Союзу. Такие есть и у Трампа. Из этого соткана эта элита.

Но я хотел бы в этом смысле, в связи с этими ожиданиями апокалипсиса от довыборов в Конгресс, сказать, что Трамп останется Президентом со всеми своими полномочиями. Всё, о чём он должен беспокоиться на самом деле — это чтобы число его противников в Сенате не достигло 67, а этого не будет. 67 — это цифра необходимая для голосования по импичменту. Всё остальное — это трудности, проблемы, но Президент Соединённых Штатов обладает, как вы сами сказали, большими полномочиями для того, чтобы с ними справляться».