Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Написать письмо депутату

Выберите приемную:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Авторская колонка Константина Затулина «Что делать с Приднестровьем?»


РИА «Новый Регион – Киев»

Момент для воссоздания единого государства в границах Молдавской ССР, возможно, уже давно утерян. Москве следует оказать экстренную помощь Приднестровью, чтобы Тирасполь мог на равных вести переговоры с Кишиневом, а РФ сохранила влияние в регионе.

Об этом в авторской колонке специально для РИА «Новый Регион» пишет российский политолог Константин Затулин, директор Института стран СНГ.

Будущее невозможно строить, не отталкиваясь от прошлого. Это – общее правило, которое освятили своим именем очень многие мыслители.

Так вот, возвращаясь к прошлому, хочу напомнить, что приднестровский конфликт – это в чистом виде этнонациональный, языковый конфликт 90-х годов, последствием которого был раскол бывшей Молдавской ССР и создание Приднестровской Молдавской Республики, до сих пор непризнанной.

Все эти годы с разной интенсивностью идет переговорный процесс, смысл которого заключается в том, чтобы найти решение, позволяющее или уговорить стороны признать сегодняшнее фактическое положение (такой задачи участники переговоров, на самом деле, перед собой не ставили, ибо в этом случае Молдова бы однозначно отказалась от переговорного процесса), или прийти к какому-то варианту позволяющему восстановить общее государство. Главный спор и разброс мнений – в какой форме это государство может существовать: договорное сообщество (как Босния и Герцеговина), конфедерация, федерация или единое государство, допускающее автономные образования.

Как известно, РФ на всех этапах этого переговорного процесса исходила из возможности и даже желания воссоздания общего государства. Хотя менялись акценты. Во времена, скажем, Козырева, Москва предпочитала смотреть на происходящее в ПМР глазами Кишинева. Отсюда и допуск к переговорному процессу Румынии, а также целый ряд вещей, которые сложно объяснить.

Какое-то время назад мы все помним, при коммунистическом президенте Молдовы Владимире Воронине чуть было не состоялось подписание договоренности, получившей название «Плана Козака». Он предусматривал, по сути, преобразование Молдовы и ПМР в общее федеративное государство при наличии высокой степени автономности (или самостоятельности) ПМР.

В чем логика российской позиции? Россия хотела бы сохранить Молдову и сохранить свое влияние на обеих берегах Днестра. Молдова – бывшая союзная республика и один из участников СНГ, русские по национальности живут по обе стороны Днестра. Только в Приднестровье утвержден демократический принцип сосуществования трех языков – молдавского, русского и украинского, а в РМ сменяющие друг друга власти, даже коммунисты, горой стоят за исключительное положение молдавского языка.

Надо отметить, что националисты Молдовы – очень своеобразные националисты. Они не считают себя молдаванами, а считают румынами, спят и видят всю территорию Молдовы инкорпорированной в Румынию. Многие из них легко переходят из одного состояния в другое, становятся румынскими политиками, как, например, бывший премьер Молдовы Мирча Друк, организатор агрессии 1992 года против Приднестровья.

Вдобавок ко всему, значительная часть граждан Молдовы уже давно являются гражданами Румынии. Я уж не буду говорить о том, что в школьных программах и системе образования все больше укрепляется представление о том, что молдавского языка как такового нет, а есть язык румынский.

Это – еще одна из причин, по которой Россия желала бы сохранения Молдовы, ибо без наличия Приднестровья РМ рано или поздно оказывается в притяжении более крупной «планеты» – Румынии. Если до распада СССР средний уровень жизни в Молдавии был выше, чем в Румынии, то к настоящему моменту ситуация поменялась. Одно это является уже привлекательным преимуществом для части молдавского населения – возможность, благодаря румынскому паспорту, свободно ездить по Европе, находить там какой-то кусок хлеба.

Итак, Россия при разных президентах придерживалась общей позиции – желательности объединения Молдовы и Приднестровья в границах Молдавской ССР, при предоставлении Приднестровью некой «высокой степени автономии», а русскому языку- официального статуса .

Дополнительной проблемой в российских заинтересованностях выступал вопрос присутствия российских военных в ПМР, часть из которых охраняют склады вооружений бывшего западного направления, а часть – выполняет миротворческие функции в зоне конфликта. Не то чтобы официальная Россия, утратившая в 90-е годы почти все свои иностранные базы, все пункты базирования Черноморского флота за пределами Крыма, была зациклена на военном присутствии в Приднестровье. Но оно является фактом, демонстрацией и гарантией влияния. Для населения ПМР, а возможно и Молдовы, российское военное присутствие чрезвычайно важно как гарантия от возобновления конфликта.

Российские уполномоченные, может быть, далеки от понимания военных необходимостей, но вынуждены учитывать, что в сегодняшнем российском обществе все более нетерпимо относятся к фактам сдачи позиций России за пределами РФ.

Внутри России, и это факт, сложилось общественное мнение, которое сочувствует Приднестровью. Жители ПМР, среди которых треть – граждане РФ , воспринимаются как люди, устоявшие против прорумынской ассимиляции. Эти настроения в России, наши дипломаты, ведущие переговоры, тоже должны принимать во внимание.

В чем изъян, сомнительность официальной российской позиции в приднестровском урегулировании? Прежде всего, я не убежден, что поезд под названием «воссоздание единого государства» не ушел. Здесь есть повод для дискуссии. За столько лет существования Приднестровская Молдавская Республика обрела уже собственную инерцию развития. Безусловно, сложно выкорчевать из сознания живущих в ПМР людей тот факт, что они живут уже 20 лет в независимом от Кишинева государстве.

Если же исходить из того, что возможность воссоздания общего государства не исключена, то Россия должна жестко провести как минимум несколько принципов урегулирования.

Во-первых, коль мы выполняем главную искомую для молдавских политиков задачу – содействуем восстановлению территориальной целостности Молдавии, то все остальное должно произойти по рецепту Приднестровья. Должны быть удовлетворены все его притязания на особый статус. Результат может быть похож на Боснию и Герцеговину, где в рамках одного образования фактически существуют два государства.

Мне кажется, что это было бы достаточным для того, чтобы Молдова не была втянута в Румынию. Ибо этот стоп-якорь – Приднестровье – будет от этого удерживать.

К сожалению, у российских переговорщиков и их руководителей на каком- то этапе возникло впечатление, что все дело в несговорчивости упрямцев из Приднестровья, , которые не хотят идти не только навстречу России , но и своим собственным интересам –как их понимают в России. Отсюда история, которая случилась недавно – абсолютно бездарная, противоестественная кампания по свержению президента ПМР Игоря Смирнова.

Конечно, Смирнова не назовешь демократом чистой пробы. Но Смирнов, как устроитель и бессменный глава Приднестровья был очевидной гарантией сохранения ПМР в условиях, когда Россия не только не добилась результата, но и подрастеряла свое влияние в ходе бесплодных игр с политиками Молдовы.

Я всегда считал глупостью заниматься исправлением нравов Приднестровья, а на самом деле расшатыванием этого и так непризнанного государства,– когда Молдова ненадежна и мы не можем с ней договориться. Вся наша линия в этой ситуации должна быть направлена на сохранение и укрепление ПМР, чтобы она была в состоянии на равных вести переговоры с Кишиневом.

Провалить Смирнова на выборах удалось, но не удалось привести к власти кандидата Кремля. Теперь необходимо, оставив свои сомнения и прошлые претензии, поддержать нового президента ПМР Евгения Шевчука, чтобы Приднестровье под его началом смогло выстоять экономически и политически.

Нужно максимально возможно оградить Приднестровье от хватательных рефлексов молдавской политической элиты, проявившихся в ходе смены власти в ПМР. Как известно, уже начались провокации с миротворцами, и этому должен быть положен предел. В крайнем случае, необходимо пойти на увеличение нашего военного присутствия вплоть до численности , которая в свое время была согласована, но нами не исчерпана.

Сейчас ключевой момент – как можно быстрее вовлечь новую команду Евгения Шевчука в сотрудничество с Россией, предложить и реализовать экстренную экономическую помощь, так необходимую в трудный момент смены властей в Приднестровье.

Укрепив ПМР и восстановив веру в ее перспективу, можно спокойно продолжать переговоры.

/