Поделиться


Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность и Условия использования

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Написать письмо депутату

Выберите приемную:


Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

На
страницу
депутата

Авторская программа Константина Затулина «Русский вопрос» от 03.04.2013

Источник: ТВЦ
VIDEO

В девятнадцатой передаче цикла «Русский вопрос»:

  • «Русский Кипр: похищение Европы» (кто-то теряет, кто-то находит);
  • «Разрешите представиться: представительная власть» (о проблемах парламентаризма в России);
  • «Чтобы правильно задать вопрос, надо знать бóльшую часть ответа» (продолжаем разговор с нашей аудиторией).

В передаче принимают участие: доктор экономических наук Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации; Олег Румянцев, президент «Фонда конституционных реформ», ответственный секретарь Конституционной Комиссии в 1990-93 гг.

ООО «Русский вопрос» благодарит Госкорпорацию «Ростех» за помощь и поддержку при подготовке программы.

 

Стенограмма

 

К. ЗАТУЛИН: Здравствуйте. В эфире программа «Русский вопрос» и я, Константин Затулин, ее автор и ведущий. В сегодняшнем выпуске: «Русский Кипр: похищение Европы» (кто-то теряет, кто-то находит); «Разрешите представиться: представительная власть» (о российском парламентаризме); «Чтобы правильно задать вопрос, надо знать большую часть ответов» (продолжаем разговор с нашей аудиторией).

«Русский Кипр: похищение Европы»

К. ЗАТУЛИН: В середине марта мир облетела новость: чтобы предоставить кредит и спасти Республику Кипр, члена Европейского Союза и зоны евро, от дефолта, Международный валютный фонд, Европейский центральный банк и Еврокомиссия потребовали «десятины» — конфискации десятой части всех вкладов в кипрских банках. Для оффшорной экономики острова, наскочившей на риф из-за кораблекрушения Греции, ультиматум «тройки» выглядел приглашением к самоубийству.

Сюжет.

Известие о том, каким образом Европа предлагает «оздоровить» Кипр, вызвало в России настоящее потрясение умов. «Несправедливым, непрофессиональным и опасным» назвал ультиматум Евросоюза на следующий же день Президент России Владимир Путин на совещании со своими советниками. На наших граждан обрушился вал статей, передач, экспертных мнений. Государственный телеканал «Вести 24», как во времена съезда народных депутатов СССР, провел прямую трансляцию заседания парламента Кипра, обсуждавшего судьбу налога на вклады.

В самом деле, разнородные вклады российских физических и юридических лиц в экономику Кипра, по оценкам на начало кризиса, достигали 31 млрд. долл., что составляло 25% всех зарубежных инвестиций России. В свою очередь, Кипр, а точнее кипрские оффшоры, много лет удерживают лидерство по объему капиталовложений в Россию – почти 77 млрд. долл. или 21% всех инвестиций в российскую экономику. Западная пресса откровенно злорадствовала по поводу объявленной смерти кипрской «стиральной машины для грязных русских денег».

Возникло впечатление, что речь идет о прямом противостоянии между Европейским союзом и Россией по вопросу о Кипре.

Цитата (Владимир Жириновский, председатель ЛДПР): «Пусть выходит из ЕС, вводит рубль и становится субъектом РФ».

Сюжет.

Впечатление было усугублено срочным визитом в Москву министра финансов Кипра Михаила Сарриса, телефонными переговорами президентов России и Кипра, а также нервной реакцией на это канцлера Германии Ангелы Меркель, предостерегшей Кипр от обсуждения мер по своему спасению с Россией.

Цитата («The Daily Mail», Лондон«Первая битва в новой холодной войне»): «Жадность и наивность подвергли члена ЕС, занимающего важное стратегическое положение, риску оказаться в руках России… Для Европы это станет унижением».

К. ЗАТУЛИН: Кипр сделал попытку уклониться от «смертельных объятий». Парламент страны отверг идею поголовной конфискации, которая, надо отметить, вызвала шок у вкладчиков всей европейской банковской системы. Но «недолго музыка играла» — переговоры с Россией кончились ничем, и на прошлой неделе Кипр капитулировал перед новой редакцией европейского ультиматума.

Оценивая ситуацию, многие отмечают, что Кремль не захотел пойти на жертвы ради Кипра именно потому, что это было бы отказом от идеи деоффшоризации экономики России.

Цитата (Владимир Путин, второй Президент России, IV съезд Торгово-промышленной палаты, 19 июля 2002 г.): «Есть все основания полагать, что и дальше будут ужесточаться режимы использования средств, размещенных в оффшорных зонах… Замучаетесь пыль глотать, бегая по судам в попытках разморозить эти средства».

Сюжет:

Предупреждение, сделанное Путиным еще десять лет назад до событий на Кипре, не возымело действия. Отток капитала из России за рубеж в прошлом году составил 56 с лишним миллиардов долларов.

Цитата (Владимир Путин, Президент России, Послание Федеральному собранию РФ, 12 декабря 2012 года): «Притчей во языцех стал оффшорный характер российской экономики. Поручаю Правительству внести соответствующие комплексные предложения по этому вопросу».

Сюжет.

После грянувшего грома все стали креститься.

Сюжет (Дмитрий Медведев, председатель Правительства РФ, 21 марта 2013 г.): «Если такие страсти на Кипре кипят, может, нам какую-то зону создать на Дальнем Востоке. У нас там мест много хороших – Сахалин, Курилы».

Сюжет.

И вот первые результаты: в Россию из оффшоров возвращаются активы только что приобретенной «Роснефтью» компании «ТНК» – «ВР».

Цитата (Игорь Сечин, президент Государственной компании «Роснефть», 25 марта 2013 г.): «Мы перерегистрируем все эти активы в Российской Федерации, что, безусловно, поднимет налогооблагаемую базу».

Сюжет.

Так, может быть, «блудные деньги» возвращаются: не было для России счастья, да кипрское несчастье помогло?

К. ЗАТУЛИН: То есть в случае с Кипром для нас дело не в самом Кипре. Дело в принципе. У этой истории есть еще один принципиальный критерий – социальной справедливости по отношению к тем, кто увел деньги на Кипр, и тем, кто их не имеет. «Мне отмщение и аз воздам».

Сюжет.

Губернатор Белгородской области Евгений Савченко 19 марта, комментируя кипрскую экспроприацию, на заседании правительства области спросил: «Деньги ни у кого не пропали?».

Цитата (Евгений Савченко, глава Администрации Белгородской области): «Жаль маловато, надо было процентов 70 забрать. И напечатать, чтобы мы узнали, кто такие русские патриоты, а кто такие русские киприоты».

Сюжет.

Реакция России на окончательный, еще более разорительный для вкладчиков вариант банкротства кипрских банков, оказалась на удивление спокойной. Это связано не только с тем, что все это время российские инвесторы не сидели сложа руки и объем их потерь по факту окажется ниже прогнозируемого. Но и с тем, что какие-либо затратные меры российского государства по спасению «блудных денег» на Кипре были бы не слишком популярны дома.

Цитата («Ведомости», Москва, 28 марта 2013 г. «Ложная тревога»): «Российские вкладчики кипрских банков не выйдут на улицы Москвы с протестами… Кризис ударит как раз по тому, по кому и так хочется ударить кремлевским менеджерам».

К. ЗАТУЛИН: Как бы мы не стремились, но полностью исключить международное и геополитическое значение нового кипрского кризиса невозможно. О бедном богатом Кипре надо замолвить слово.

Сюжет.

Кипр – одна из первых жертв прогресса цивилизации. В юные годы человечества леса, а вместе с ними ручьи и реки острова Афродиты были сведены на нет из-за выплавки «купрума» – меди, которой Кипр изобиловал так, что дал ей название.

Геостратегическое положение Кипра в восточном Средиземноморье всегда было привлекательным для мировых сил. История Кипра – это история завоеваний. В конце концов, внешний фактор – соперничество Греции и Турции – привел к кровавому кризису 1974 года, турецкой оккупации и расколу Кипра на две части, не преодоленному до сих пор.

Первый финансовый бум, о чем мало кто помнит, Кипр испытал в связи с гражданской войной в Ливане в 70-е годы: в греческой части Кипра осели деньги арабского Востока, бежавшие из Бейрута. Потом пришел черед распадаться СССР. История и география опять сработали в пользу Кипра.

По соседству с Кипром, в Сирии, на Ближнем Востоке опять неспокойно. Россия только что объявила о возвращении своего флота в Средиземное море. Но западные аналитики предрекают падение режиму президента Асада и проблемы единственной российской базе в Тартусе, на сирийском берегу. В интересе России к Кипру подозревают не только коммерческие причины. Не станет ли Кипр «троянским конем» России в Евросоюзе и на южном фланге НАТО?

К. ЗАТУЛИН: У нас в студии Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации. Михаил Геннадьевич, почему Кипр оказался нам так дорог?

М. ДЕЛЯГИН: Когда началась эпоха большого грабежа, еще в 1987 году, деньги побежали сразу. Кипр был уникальным местом: очень дружественное отношение к нам, близкая культура, удобные, хорошие законы…

К. ЗАТУЛИН: Очень хороший климат, что тогда для нас было важно, и низкие цены.

М. ДЕЛЯГИН: Для нас и сейчас это важно. Там существовал оффшорный режим налогообложения. Например, в Российской Федерации, если мы с вами получаем заработную плату, общий уровень налогообложения этих денег 39,2%. Даже для богатых людей, все равно, 10% обязательные социальные взносы и 13% подоходный налог. А для Кипра это 5% с дивидендных схем. То есть это резкое снижение налогообложения. При этом деньги сразу попадают не просто в Евросоюз, а еще и в еврозону и при этом достаточно комфортное отношение к партнерам.

К. ЗАТУЛИН: То есть, понятие налогового террора на Кипре не существует. Они не понимают, что это такое, как такое может быть. То есть, хороший деловой климат. Они не понимали до сих пор…

М. ДЕЛЯГИН: ВТБ там создал «дочку», дочерний банк. Их топ-менеджмент…

К. ЗАТУЛИН: По-моему, третий банк по объему на Кипре.

М. ДЕЛЯГИН: Да.

К. ЗАТУЛИН: Филиал нашего «ВТБ».

М. ДЕЛЯГИН: Из оставшихся — первый. Естественно, это не за счет денег киприотов. Я думаю, что огромное количество топ-менеджеров Российской Федерации.

К. ЗАТУЛИН: То есть это не криминальные деньги, это так сказать, налоговая оптимизация.

М. ДЕЛЯГИН: Это не криминальные деньги, но деньги, которым легче существовать и умножаться на Кипре.

К. ЗАТУЛИН: Как раз в разгар всего этого кризиса вы писали в «Известиях», что: «бежавшие на Кипр капиталы можно спасти вместе со всем Кипром». Поясните, пожалуйста, что вы имели в виду?

М. ДЕЛЯГИН: Ситуация простая. Экономика Кипра на 70% — это финансовые услуги. Понятно, что просто после обсуждения налогообложения и депозитов, от этих 70% останется, дай Бог, 20. То есть Кипрская экономика ополовинится. И массовое закрытие банков было неизбежным, понятно, что оно будет. Было непонятно, каким оно будет. И очень долгое время деньги, которые оказались на Кипре нельзя будет оттуда вывести. Да, конечно, умные люди выводили через Лондон, где работали филиалы Кипрских банков. Умные люди прилетали…

К. ЗАТУЛИН: С чемоданами.

М. ДЕЛЯГИН:… на Кипр частными самолетами, после чего европейцы чесали голову и спрашивали: «А почему мы поставляем в Кипр намного больше наличных денег, чем Кипр выдает через свои банкоматы?». Ответ, по-моему, достаточно простой: потому, что самолетом безналичные деньги не вывозятся. Но, тем не менее, основная часть людей попала. «Дочка» «ВТБ» может быть и не ляжет, — ее «ВТБ» накачает деньгами, если захочет, — а люди потеряют деньги. Значит, нужно оздоровить экономику Кипра. Европейцам это не нужно. Для европейцев Кипр — это 1,3 ВВП Евросоюза и 0,8% ВВП еврозоны, то есть это немного. А что делать? Они не будут его восстанавливать. Они его похоронят и забудут, что он был. Значит, это наша проблема, это наши деньги. Криминальные, не криминальные — потом разберемся, пока наши. Единственный способ — это сделать так, чтобы Кипр мог сам зарабатывать деньги. В рамках европейской интеграции, которая носит колониальный характер, ни Восточная, ни Южная Европа деньги сами зарабатывать не могут, для того эта европейская интеграция и делалась, не для Италии она делалась. По крайней мере, для юга Италии. Соответственно, мы должны создать с Кипром совокупность бизнесов, которые будут давать прибыль, достаточную, чтобы Кипр мог расплатиться со своими долгами европейцам.

К. ЗАТУЛИН: То есть всё, что произошло сейчас в связи с принятием этого решения, это не основание для того, чтобы мы бросили вообще думать о Кипре и забыли его, как страшный сон.

М. ДЕЛЯГИН: Сейчас уже поздно. Это можно было сделать в тот момент, когда не было решения проблемы, согласованного с правительством Кипра.

К. ЗАТУЛИН: То есть этот план, о котором вы сейчас говорите, это просто уже архив.

М. ДЕЛЯГИН: Этот поезд уже ушел. Вот когда Кипр отверг предложение налогообложение депозитов, абсолютно безумное, разрушающее в том числе…

К. ЗАТУЛИН: На первом этапе отверг, а на втором фактически согласился.

М. ДЕЛЯГИН: Нет, на втором он согласился, это не налогообложение депозитов, а это обмен депозитов на ценные бумаги банков принудительный, банкротство двух банков и в общем последствия ничуть не лучше. Но, в тот момент, когда не было решения проблемы…

К. ЗАТУЛИН: По форме другое решение, а на самом деле может быть еще хуже.

М. ДЕЛЯГИН: Да, а по последствия еще хуже. Когда не было решения проблемы, можно было предложить свой вариант. Дорогие друзья, у вас есть много активов, мы считаем, что они недооцененные, а европейцы считают, что они не стоят ничего. Отлично. Значит, вы нам отдаете свои активы, мы заключаем интеграционное соглашение. Мы рефинансируем вашу банковскую систему, но это более 15 миллиардов долларов и за это вы отдаете нам 50% таких-то, таких-то бизнесов и отдаете нам управление ими. Простая вещь — туризм. Египта больше не будет — там победила демократия, отдыхать опасно уже и в Шарм-Эль-Шейхе — там на людей нападают. Другого места дешевого массового туризма нет.

К. ЗАТУЛИН: Понятно. По-моему, речь идет не только о туризме. В западной прессе с охотой писали о том, что как раз пока не было достигнуто решение, что Россия так заинтересована в Кипре, потому что неизбежно придется убираться из Сирии. как пишут на Западе. И в этом случае другого места для стоянки нашей будущей средиземноморской эскадры, кроме Кипра, вроде как и нет.

М. ДЕЛЯГИН: В любом случае Кипр занимает стратегическое положение. Если захочется военным вдруг, то почему бы и нет. Если военным не захочется или политическому руководству не захочется напрягать отношения с Европой, то Господь с ними, с военными, — логистический центр. Он, скажем так, сумел бы изменить транспортные потоки Средиземноморья, это могло бы быть довольно неплохое зарабатывание денег.

К. ЗАТУЛИН: А нет за этим желания с нашей стороны использовать Кипр, как Троянского коня? Троянский конь — это ведь тоже из греческой мифологии. В Евросоюзе, в еврозоне, если сблизиться с ним, использовать его, как…

М. ДЕЛЯГИН: Вы знаете, может быть и было бы, если бы было такое желание, но его не было.

К. ЗАТУЛИН: Его не было.

М. ДЕЛЯГИН: Когда представители Кипра обратились к российским властям, госпожа Меркель выступила с совершенно нецензурными высказываниями. Американская пресса писала, что если бы Кипр согласился на отношения с Россией, более глубокие, чем сейчас, то в этом случае это было бы достижение Путина в этой новой холодной войне. Самое главное, что мы не задумались об этой возможности. Задумался «Газпром». Редкий случай, когда можно сказать про людей: молодцы. Но, даже очень большая корпорация не может заменить собой государство.

К. ЗАТУЛИН: Дело не в этом, по-моему. Дело в том, что как только «Газпром», а скорее всего не только «Газпром», но и те, кто, на самом деле, всегда руководят «Газпромом», то есть президент и правительство, задумались об этих газовых месторождениях, тут же Турция заявила о том, что если мы попробуем их использовать, то в этом случае прости-прощай Южный поток и наши договоренности. Они же ведь спорные, эти месторождения. Нет?

М. ДЕЛЯГИН: Месторождения, во-первых, спорные, во-вторых, они находятся на территории, часть которой под Северным Кипром и так далее. Но, вы знаете, я не видел еще ни одной проблемы, по поводу которой мы не могли договориться с Турцией. Потому, что если бы Российская Федерация…

К. ЗАТУЛИН: Сирия?

М. ДЕЛЯГИН: …Если бы Российская Федерация сказала, что отлично, в обмен на это месторождение мы рассмотрим вопрос о признании республики Северный Кипр, например, навскидку.

К. ЗАТУЛИН: Далеко так мы заглядываем.

М. ДЕЛЯГИН: Навскидку.

К. ЗАТУЛИН: Да, допустим.

М. ДЕЛЯГИН: Я думаю, что за это нам отдали бы не просто это месторождение, нам бы еще половину Северного Кипра бы отдали.

К. ЗАТУЛИН: Хорошо. Но вот коль скоро все это мы сегодня вспоминаем уже то с сожалением, то с радостью, но в любом случае в прошедшем времени, нравится ли вам на самом деле то решение, которое было в конце концов принято по оздоровлению кипрских финансов Европейским Союзом и сами Кипром?

М. ДЕЛЯГИН: Это решение не оздоровлению кипрских финансов, это решение по уничтожению кипрских финансов.

К. ЗАТУЛИН: То есть спасти сейчас, чтобы погубить в будущем?

М. ДЕЛЯГИН: Нет, даже не спасти сейчас. Восстановить возможность Кипра заплатить то, что он должен в ближайший год ценой ликвидации его экономики. Его экономика сократиться не в два раза…

К. ЗАТУЛИН: В масштабах самого Кипра…

М. ДЕЛЯГИН: … то на треть-то уж точно. При этом никогда больше она не будет финансовым центром. Она может остаться отмывочным центром, но деньги оттуда будут уходить сразу. И на самом деле после того, как руководство Кипра всерьез стало обсуждать вопросы о налогообложении депозитов, спасти уже нельзя было ничего. Кипр, как дисциплинированный член Евросоюза, дисциплинированный член еврозоны, не сказал, что это неприемлемо, потому, что это нарушает нормы европейского права, поэтому мы даже об этом не задумываемся, тогда можно было что-то спасти.

К. ЗАТУЛИН: То есть он просто не смог сопротивляться?

М. ДЕЛЯГИН: Когда он не смог сопротивляться, поднялась паника, сегодня эти люди готовы обсуждать эти вопросы. Значит, наши деньги здесь в опасности.

К. ЗАТУЛИН: То есть правильно я понимаю, что решение Кипра, — в свое время, они так радовались, что они вступают в Европейский Союз, — в данном случае вот теперь выходит ему боком? Это я для Украины спрашиваю.

М. ДЕЛЯГИН: Европейская интеграция носит выраженный колониальный характер. Она не позволяет развиваться слаборазвитым странам и более того, она не позволяет этим странам использовать свои уникальные преимущества. Смысл Евросоюза в том, что это зона гарантированного извлечения прибыли для крупных корпораций. Крупных корпораций ни в Греции, ни на Кипре нет.

К. ЗАТУЛИН: Понятно. Во всей этой Кипрской истории видите ли вы, как некоторые, такой закат Европы, поскольку святая святых затронута, собственность…

М. ДЕЛЯГИН: Нет, нет. Это закат наших представлений о Европе. Мы все время читаем законы и понимаем их буквально. Мы все время думаем, что кто-то законы выполняет в критических ситуациях. Своя собственность священна, а чужая собственность — это чужая собственность, кому она нужна. Кипр уничтожен ровно потому, что это чужие деньги. И на Кипре сожгли русские деньги.

К. ЗАТУЛИН: Закрывается для России Кипрское «окно в Европу»? Плакать нам по этому поводу или смеяться?

М. ДЕЛЯГИН: Тем, чьи деньги не сгорели – смеяться, безусловно. Я только что вернулся оттуда, мне было очень забавно посмотреть, как это происходит.

К. ЗАТУЛИН: А вы были на Кипре?

М. ДЕЛЯГИН: Да. Там нужно было проконсультировать одного…

К. ЗАТУЛИН: Вы тоже с чемоданом, нет?

М. ДЕЛЯГИН: Нет, нет. Там нужно было проконсультировать одного хорошего человека.

К. ЗАТУЛИН: Понятно.

М. ДЕЛЯГИН: Но, тем не менее, нам смеяться. Потому, что еще такого случая не было, чтобы указания руководства Российской Федерации, в данном случае по деоффшоризации выполнялись Евросоюзом так быстро, точно и буквально.

К. ЗАТУЛИН: То есть, теперь в Россию есть шанс вернуть блудные деньги?

М. ДЕЛЯГИН: Нет. Блудные деньги идут в другие оффшорки. Из оффшорки, в которой было сильно российское влияние они уйдут в оффшорки, где российского влияния нет вообще.

К. ЗАТУЛИН: Какие-нибудь острова, Уайты?

М. ДЕЛЯГИН: Острова Уайт, Каймановы, Гернси, Британские, Виргинские, Гибралтар, Мэн, Сингапур.

К. ЗАТУЛИН: То есть сама идея оффшоров не умирает? А вот эта идея оффшора на Дальнем Востоке, как вы к ней относитесь? Она высказана была Дмитрием Медведевым.

М. ДЕЛЯГИН: Идея интересна. Уловлена потребность. В Европе колоссальная потребность в оффшорных зонах. Крестовый поход госпожи Меркель против оффшоров привел к тому, что у европейцев не оказалось удобных, привычных для них оффшорных зон. Я напоминаю, что оффшор это не просто отмывание денег, это мелкие детали. Оффшор — это способ оптимизации финансовых потоков глобального бизнеса. Поэтому, они, собственно, и не убиваемы.

К. ЗАТУЛИН: Что, значит, наша задача деоффшоризации тоже некорректно поставлена?

М. ДЕЛЯГИН: Деоффшоризация российских денег — да. Создать оффшор: может это будет Абхазия, вообще не имеющая формального отношения к нам. Но, там нет дипломатических отношений — это проблема. Можно создать в Калининградской области оффшор, который был бы ориентирован на Европу, и это поддержит экономику Калининградской области, решит ее проблемы… Но с Курилами маленькая проблема: оффшорная зона – это, обычно, место немножечко курортное, чтобы люди были более доверчивы. А там суровое Охотское море, в общем как-то не совсем стыкуется. Сахалин — уже легче, но на кого он будет ориентироваться. На Японию?

К. ЗАТУЛИН: Юго-Восточная Азия.

М. ДЕЛЯГИН: Для Юго-Восточной Азии есть Сингапур, Шанхай. Для особо склонных к экзотике — Малайзия и некоторые другие места.

К. ЗАТУЛИН: Гонконг еще не умер.

М. ДЕЛЯГИН: Да, Гонконг, само собой разумеется. Так что там потребность в оффшорках обеспечена полностью.

К. ЗАТУЛИН: То есть это просто интересное предложение, просто не совсем точно сформулировано.

М. ДЕЛЯГИН: Это хорошая идея, просто немножко перепутаны стороны света.

К. ЗАТУЛИН: Хорошо. Подводя итоги, может быть не последние: какую оценку вы бы поставили политике России в этом Кипрском кризисе. Должны ли бы были активнее спасать Кипр, в соответствии с вашей точкой зрения?

М. ДЕЛЯГИН: Если исходить из того, что нам должны ставить оценки, и мы являемся учениками в школе западных финансов или западной демократии, тогда можно поставить 4 с плюсом или даже 5 с минусом. Мы делали всё по правилам, мы делали всё аккуратно, мы делали всё достаточно вовремя, мы имели недостаточно контактов с Европой, но на подковёрном уровне, насколько я понимаю, контакты были.

К. ЗАТУЛИН: И потом они сразу приехали сюда в полном составе.

М. ДЕЛЯГИН: Да, они здесь сидели, все решали, так что невозможно предъявить никаких претензий. В учебнике написано — мы так и сделали.

К. ЗАТУЛИН: Так.

М. ДЕЛЯГИН: Но, если исходить из того, что иногда нужно, как писал Пастернак, быть поверх барьеров, у нас была возможность, нарушив правила получить феноменальное стратегическое преимущество — раз. Во-вторых, показать, что мы своих не сдаем. Ну и, в-третьих, после того, как мы бы спасли эти деньги, можно было бы при желании провести показательную порку. Дорогие друзья, вот мы за вас заплатили, а теперь в рассрочку на 15 лет вы нам эти деньги вернете каждый. Например, так.

К. ЗАТУЛИН: Вы имеете в виду наших вкладчиков? Тех, кого губернатор Савченко предложил вообще всех опубликовать и снять с них по 70%.

М. ДЕЛЯГИН: Очень правильное предложение опубликовать. Снять по 70% находится, к сожалению, вне правового поля, потому, что большинство из них наших законов не нарушало. Но, опубликовать, по крайней мере те, кто находятся на государственной службе или руководит государственными компаниями, я считаю, что это правильно.

К. ЗАТУЛИН: Ну, как в случае с зарубежными счетами…

М. ДЕЛЯГИН: Да.

К. ЗАТУЛИН: …недвижимостью.

М. ДЕЛЯГИН: А потом тактично поинтересоваться, откуда у вас эти деньги.

К. ЗАТУЛИН: То есть это надо было сделать. Может быть, это еще не поздно.

М. ДЕЛЯГИН: Это никогда не поздно сделать и сейчас не поздно сделать. Но, мы упустили шанс, нарушив правила, получить вместо большого морального и материального поражения, получить большую материальную и моральную выгоду.

К. ЗАТУЛИН: Я при этом хочу сказать, что это одна из точек зрения, конечно, ибо есть и другая. Что, издержки от такого неправильного нарушающего поведения могли оказаться значительными.

М. ДЕЛЯГИН: Они могли быть очень большими. Но, вы знаете, если бы…

К. ЗАТУЛИН: Та самая новая холодная война.

М. ДЕЛЯГИН: Она идет. Но, мы могли бы начать работу в этом направлении и тогда, я абсолютно уверен, Евросоюз предъявил бы Кипру значительно более мягкие требования. И может быть, даже просто рефинансировал бы его, как Испанию.

К. ЗАТУЛИН: То, что Кипр на этой конкуренции между нами и Евросоюзом выиграл бы, нет сомнения. Вот мы не потеряли бы?

М. ДЕЛЯГИН: Знаете, он бы выиграл и мы, если бы захотели, мы имели бы там колоссальное политическое влияние, еще большее, чем сейчас.

К. ЗАТУЛИН: Спасибо вам за участие в нашей программе, Михаил Геннадьевич.

М. ДЕЛЯГИН: Спасибо, что пригласили.

Резюме (К.Ф. Затулин):

История с Кипром – не тот случай, когда не может быть двух мнений. Кто-то злорадствует, что кипрская корова соседа сдохла, кто-то оплакивает упущенные возможности. Лично я считаю, что наибольшие потери в этой истории понесла не Россия и не Кипр. Это очередной акт в закате Европейского Союза, ярко обнаживший суть «прекрасного европейского недалеко» — союза сильных за счет слабых.

Деньги, уведенные из России, купили для нее опыт.

«Разрешите представиться: представительская власть».

К. ЗАТУЛИН: Месяц назад Президент России Владимир Путин внес в парламент новую редакцию Закона «О выборах депутатов Государственной Думы Российской Федерации». Путин поддержал проведение выборов половины состава Думы по одномандатным округам, то есть возвращение к существовавшей до 2007 года смешанной пропорционально-мажоритарной системе.

Действующая система выборов в Государственную Думу исключительно по партийным спискам стала притчей во языцех, поощряя серость и препятствуя избранию ярких и самостоятельных депутатов, ориентирующихся, прежде всего, на нужды избирателей. Но вопрос можно поставить и шире: нужна ли России вообще представительная власть? А если нужна, то какая?

Сюжет.

Вопросы поневоле закрадываются в душу гражданина, когда он смотрит российское телевидение и читает российские газеты, в которых наш парламент предстает по большей части в непривлекательном виде.

С тех пор, как в 1993 году прошли первые с царских времен выборы в Государственную Думу, мы периодически узнаем много нового то о самих выборах:

Цитата (Юрий Карякин, по поводу выборов 1993 г., когда сторонники Ельцина проиграли, а победила ЛДПР): «Россия! Одумайся, ты одурела!»

Сюжет.

То о высоком предназначении депутатского корпуса:

Цитата (Борис Грызлов, после выборов в декабре 2007 г.): «Дума – не место для дискуссий!»)

Сюжет.

То о самой сущности российского парламента:

Цитата (Владимир Познер, 23 декабря 2012 г. по поводу «закона Димы Яковлева»): «Государственная дура…»

Сюжет.

Правда, Познер позже извинился, но в марте 2013 года его «оговорку по Фрейду» повторила в телеэфире телеведущая «России 24» Мария Моргун.

Федеральное собрание сотрясает один скандал за другим. То председатель думской Комиссии по этике вынужден сложить мандат, чтобы разобраться с недвижимостью в Майами, то самый богатый член Совета Федерации по фамилии Малкин, представляющий Бурятию, оказывается по совместительству израильским гражданином Авихуром Бен Баром. Российские СМИ не жалеют красок, представляя зрителям и читателям народных избранников на заседаниях парламента с самых неприглядных сторон. В сознании многих российских граждан представительная власть представляется тихой заводью для тех, кому на Руси и за границей и так жить хорошо.

К. ЗАТУЛИН: Зачем это делается? Зачем столько усилий тратится на то, чтобы дискредитировать парламент России, уронить его значение, представив сборищем болтунов, бездельников, коррупционеров?

Откуда и почему возникла эта традиция пренебрежительного отношения к представительному органу?

Давайте в поисках ответа заглянем в русскую историю.

Сюжет.

Традиции народного представительства в России – почти столь же древние, как и сама русская государственность. Народное вече, земские соборы, иначе называемые «Советом всея земли» или «Советом всенародных человек», оказывались необходимыми для принятия важнейших вопросов жизни страны и народа. В XVI–XVII веках было создано не менее 50 Соборов. Именно Земской собор 400 лет назад избрал на царство Михаила Романова, в первые десять лет правления которого Соборы заседали почти беспрерывно, всем миром устраняя последствия Смутного времени. Современник Михаила Романова – король Англии Яков Первый – вообще не созывал парламент 7 лет и собирался вовсе его упразднить. Следующий за ним Карл Первый, как известно, поплатился за это головой…

Можно сказать, что в первой половине XVII века Россия была более парламентской страной, чем Англия – мать парламентов. Однако новые задачи и проблемы, вставшие перед страной, при Петре Первом и его преемниках привели к резкому усилению самодержавной власти, допускавшей, в лучшем случае, совещательные, а не представительные институты.

Первая русская революция вынудила Николая Второго издать 18 февраля 1905 года Манифест о созыве Государственной Думы. Взаимное отторжение самодержавия и представительного органа, набравшее силу в годы Первой мировой войны, стало причиной краха Российской Империи.

Опыт успешной борьбы с царизмом позволил большевикам поначалу избежать ошибок последнего. Несмотря на то, что Советская власть получила свое название от органа представительной власти – Советов различных депутатов (солдатских, рабочих, крестьянских и т.д.), советской она была и оставалась до самого конца только по названию. Трудно подыскать в истории более безвластный на деле орган представительной власти, чем выборный Верховный Совет СССР. На деле же вся власть, как известно, была сосредоточена в руках Коммунистической партии.

Как только «перестройка» покончила с руководящей и направляющей ролью КПСС, а вместе с ней и с Советским Союзом, возникла новая коллизия в отношениях исполнительной и законодательной власти, Президента Ельцина и Верховного Совета РСФСР. Это, как известно, закончилось стрельбой по парламенту на глазах всего мира.

К. ЗАТУЛИН: Мы видим борьбу двух начал, двух властей, каждая из которых пытается подмять другую. И в попытке добиться победы или закрепить ее задействует конкурентные преимущества, СМИ в том числе. Всё бы, как говорится, ничего, милые бранятся — только тешатся. Но побочным результатом является обнуление авторитета государства в целом. С этим нельзя играть.

В студии «Русского вопроса» президент Фонда конституционных реформ Олег Румянцев, один из авторов ныне действующей Конституции Российской Федерации. Олег Германович, вы ведь были ответственным секретарем Конституционной комиссии, которая была создана, если не ошибаюсь, Съездом народных депутатов РСФСР?

О. РУМЯНЦЕВ: Да. Это было решение, принятое сразу после принятия Декларации о государственном суверенитете. Через 10 дней, 22 июня 1990 года была создана Конституционная комиссия. И, собственно, она продержалась до самого последнего дня жизни парламента: даже злополучный указ о разгоне Верховного совета и Съезда сохранял право членов Конституционной комиссии продолжать дорабатывать проект Конституции.

К. ЗАТУЛИН: В какой мере в ныне действующей Конституции Российской Федерации, которая была, как известно, принята в 1993 году, ваши наработки были использованы, когда дело касается представительной власти, парламента?

О. РУМЯНЦЕВ: Да, это довольно непростая история нашего российского конституционализма, история создания Конституции, потому что то, что мы хотели, и то, что получилось, к сожалению, сильно различается. Пострадала прежде всего, конечно, представительная власть, пострадала форма правления в Российской Федерации…

К. ЗАТУЛИН: А вы вообще сторонник президентской формы правления или..?

О. РУМЯНЦЕВ: Нет, мы были и остаемся, я лично остаюсь сторонником полупрезидентской или…

К. ЗАТУЛИН: Смешанной, президентско — парламентской?

О. РУМЯНЦЕВ: …смешанной формы правления. Скажем так, на три четверти президентская республика, когда сильный президент уравновешивается сильным парламентом, соответствующими очень серьезными контрольными кадровыми полномочиями парламента. Нам говорили: пишите только законы, будьте законодательным органом, забудьте, что вы представительный, перестаньте контролировать расход бюджетных средств, перестаньте контролировать попытки приватизировать помимо закона указанное, все, что только можно растащить. Дума есть, — представительный и законодательный орган согласно первой части 94 статьи Конституции, — но, к сожалению, никаких, по сути дела, кадровых, контрольных полномочий нет. Но я вам скажу для примера, что контрольное управления Конгресса США, — такой вот есть орган, — в год 900 отчетов и докладов предоставляет. Не один раз, а 900 отчетов и докладов о том, как парламент контролирует исполнительную власть.

К. ЗАТУЛИН: Я обращал внимание, что в Америке ведь по существу совсем не то понимание и понятие Правительства, чем у нас. Там нет никакого премьера. Там есть президентский кабинет, там есть министры, которые проходят через процедуру обсуждения в Конгрессе. У нас же не могли тронуть никого из министров, можно только в целом Правительство отправлять в отставку, что далеко не всегда возможно в принципе.

О. РУМЯНЦЕВ: Константин Федорович, мне кажется, что в обществе за 20 лет все-таки назрело понимание того, что нужен существенный ремонт Конституции. Мне кажется, что идея новой редакции Конституции, подчеркиваю, не отдельных поправок, а новой редакции Конституции, становится сегодня очень актуальной. И в год двадцатилетия, ведь это год двадцатилетия референдума по Конституции, надо об этом говорить.

К. ЗАТУЛИН: Как, в целом, вы, безусловно занимаясь этой темой, относитесь вообще к истории народного представительства в России?

О. РУМЯНЦЕВ: Народное представительство…

К. ЗАТУЛИН: Положительный это опыт в России или отрицательный?

О. РУМЯНЦЕВ: В России тяжелый опыт народного представительства, но еще когда готовилась реформа 1905 года, когда все выдающиеся умы обсуждали важность народного представительства, я помню замечательные слова дореволюционного российского юриста, который сказал, что народное представительство имеет высокий нравственный смысл в том, что граждане начинают чувствовать ответственность за судьбу родины, это очень важно, и что высший…

К. ЗАТУЛИН: Но произошел же все равно в результате опыт как раз этих первых в царское время Государственных Дум, тех четырех, которые были созданы, но крайне противоречивы. Начнем с того, что они не всегда заканчивали свой срок вовремя, в срок, на который выбирались. А, во-вторых, по сути ведь последняя Государственная Дума очевидно приняла участие в свержении государственного строя.

О. РУМЯНЦЕВ: Все-таки, высокий нравственный смысл народного представительства состоял в том, чтобы человек начал чувствовать ответственность за судьбу Родины. Почему? Потому что выборные от народа, представители народа начинают заниматься государственным интересом. И государственный интерес перестает для народа быть абстракцией, неким чужим.

К. ЗАТУЛИН: В принципе, ведь одна из главных претензий власти к Ходорковскому в том, что он сколотил, фактически, свою фракцию в Государственной Думе. Перепоручая какие-то функции парламенту, не окажется ли этот парламент игралищем страстей вот таких?

О. РУМЯНЦЕВ: Мы не должны идти в сторону от суперпрезидентской республики, которая сегодня есть, в сторону парламентской республики. Мы говорим о смешанной республике, о сильной президентской власти, но все-таки уравновешенной сильным парламентом. Этого боятся по совершенно очевидным основаниям. Бенефициары вот такой системы, абсолютного сращения крупного бизнеса и крупного чиновничества, абсолютной неподконтрольности расхода бюджетных средства. Ну, вспомните эти дикие совершенно истории с МВД, с минобороной, с Сердюковым и Васильевой и прочее. Понимаете, в этих условиях, конечно же, нужен вот этот самый механизм парламентского контроля в кадровых полномочиях. Мне кажется, нужен очень серьезный парламентский контроль над сырьевой составляющей, над недрами, ресурсами.

К. ЗАТУЛИН: Если мы сейчас предложим нашим телезрителям, я в этом убежден, сказать: «А вот кому они готовы больше доверить и социализацию недр, и тому подобные важные вещи в нынешнем сегодняшнем состоянии? Президенту, Правительству или, допустим, депутатам Государственной Думы?» Я с закрытыми глазами могу сказать, да и вы, наверное, тоже подтвердите, что последним в этом списке окажутся депутаты Государственной Думы. Почему так происходит?

О. РУМЯНЦЕВ: Понимаете, пока вот мы все это обсуждали, за нашими спинами люди просто заранее уже договорились о таком всенародном распиле больших кусков государственной собственности. И в этих условиях, конечно, изменилась информационная политика. Сегодня стало модным, стало хорошим тоном оплевывать народное представительство, органы народного представительства. Раньше Совет, потом Государственная Дума. Не успели Государственную Думу собрать в январе 1994 года, как началась, развернулась огромная атака против нее. То есть это тонкая политическая технология. Тем самым, раз виновата Дума, значит виноват избиратель. То есть избирателю говорят «Сам дурак!» с тем, чтобы «перевести стрелки».

К. ЗАТУЛИН: Но избиратель выбирает и президента.

О. РУМЯНЦЕВ: Избирателю во многом подсказывают.

К. ЗАТУЛИН: И там подсказывают, и здесь подсказывают… Но вот я все-таки хочу вернуть нас к судьбе парламента. И вы знаете, два крайних состояния нашего Федерального Собрания – это или «говорильня» или «парламент не место для дискуссий». Вот между этими двумя ипостасями у нас, как бы, происходит спор. Что, вообще, хуже из этих двух состояний?

О. РУМЯНЦЕВ: Я думаю, что ответственная общественная публичная «говорильня» — это хорошо. Это здорово, потому что именно в ходе обсуждения, а не перестрелок, можно выработать какие-то консенсусные решения.

К. ЗАТУЛИН: Но вот в результате того, что так долго про депутатов говорили, что они такие-сякие, не возникло у нас, как в палате №6, что депутаты действительно стали «такие-сякие»? И сегодняшние претензии — мы же открываем любую газету, читаем: этот оказался на самом деле с двойной фамилией, у него израильское гражданство, У этого квартира в Майами. Вот, не переродились ли эти народные представители и почему это произошло?

О. РУМЯНЦЕВ: Знаете, я, наверное, сейчас выскажу непопулярную среди либеральных СМИ точку зрения. Я бы хотел стать определенным образом на защиту действующего парламента, действующей Государственной Думы.

К. ЗАТУЛИН: Так.

О. РУМЯНЦЕВ: Государственная Дума в разных направлениях сегодня начинает делать то, что делал Верховный Совет – наводить порядок.

К. ЗАТУЛИН: То есть вы считаете, что вот все эти громкие скандалы – это как бы цена, которую вынуждены платить?

О. РУМЯНЦЕВ: Это цена за то, что наводят порядок, наступают кому-то на мозоли. Это частные клановые интересы.

К. ЗАТУЛИН: Я был депутатом и по округу, и по списку и не голосовал в свое время, — за что получил нагоняй, — за то, чтобы отменить выборы по округам. Есть какая-то перспектива оздоровления депутатского корпуса возвращением к этим выборам по округам, и в чем это состоит?

О. РУМЯНЦЕВ: Я безусловно это приветствую. Появляются новые депутаты, независимые депутаты. Это очень важно.

К. ЗАТУЛИН: Они больше привязаны к людям, к избирателям.

О. РУМЯНЦЕВ: Мало того, что они больше привязаны к людям, что, конечно, тоже очень важно, но они независимы от всех этих вот назначений, партийных списков.

К. ЗАТУЛИН: Я хотел поблагодарить Вас за участие в нашей программе и пожелать успеха.

О. РУМЯНЦЕВ: Спасибо, Константин.

Резюме (К.Ф. Затулин):

Россия может быть сильной и централизованной – или никакой. Но это не значит, что следует соблазняться идеей декоративного народного представительства. Вместе с возвращением выборов по одномандатным округам возвращается и понимание, что в политике не все средства хороши. Никакая Общественная палата, к примеру, не может заменить выборного парламента. Опыт Российской империи и Советского Союза показывает: нельзя опираться на то, что не сопротивляется – просто должны быть гарантии, что это сопротивление не превращается в самоцель.

«Чтобы правильно задать вопрос, надо знать большую часть ответа»

К. ЗАТУЛИН: Приход весны, кажется, все-таки не первоапрельская шутка. Вместе с зимой, прихватившей с собой март, прошла половина передач второго сезона нашей программы. Еще десять передач, более пятидесяти гостей.

Мы говорили о внутренних делах, о реформе высшей школы, о русском Севере, о нашей экономике спустя сто лет, по сравнению с 1913 годом, о том, в чем разница между элитой сегодня и номенклатурой вчера. Мы сочли, что Шемякин суд над сербами в Гааге, уроки ливийского кризиса или все тот же спор славян в русско-польских отношениях,- это не менее русские вопросы, чем «Остров Крым» и «Возможен ли Кавказ без войны?». Наша программа старалась не уходить от острых проблем истории и культуры, высказываясь по поводу 400- летия дома Романовых, давая свою оценку Сталину и Ельцину, Сурикову и Большому Театру.

Многих из вас это не оставило равнодушными. В прошлом году мы уже отвечали на ваши вопросы и обещали делать это в будущем. Вот что нам пишут:

Цитата (Николай Толстов из Казахстана, внук раскулаченного ссыльнопоселенца, участника Брусиловского прорыва): «В учебниках по истории Казахстана написано, что Россия была колонизатором, угнетавшим казахский народ. И с каждым годом все больше детей воспитывается в такой позиции… Младшему сыну как-то задали выучить стихотворение «У лукоморья дуб зеленый»… Когда он прочитал, я ему сказал, что он прочитал не до конца… Я взял учебник- и был поражен. В стихотворении не хватало строк: «Там русский дух, там Русью пахнет» и т.д. Что, не хватило чернил?… С нетерпением ждем закона об упрощении принятия гражданства».

К. ЗАТУЛИН: В самом деле, за свою короткую жизнь программа «Русский вопрос» не раз и не два выступала за упрощение принятия российского гражданства для русских за рубежом, за то, чтобы этот вопрос решался также быстро, как у Жерара Депардье.

Цитата (Олег и Ирина Логиновы, Казахстан, Усть-Каменогорск): «Сегодня увидели вашу передачу «Русский вопрос» и поняли, что наша проблема всеобщая и таких как мы много после развала нашей державы… Паспорт нашей дочки был уничтожен за невостребованностью посольством России в Астане, хотя мы так долго его «выхаживали». Нам даже никто не позвонил… Дочка вышла замуж и у нее подряд родилось двое детей… Из-за этого она не могла лично приехать за тысячу километров в Астану, чтобы забрать свой паспорт, а ее папе паспорт дочери не отдали. Она ничего не понимает, плачет, у нее сдали нервы, ведь дети по ночам тоже спать не дают».

К. ЗАТУЛИН: Мы тоже ничего не понимаем и не хотим понимать. Неужели дипломаты, которыми мы так привыкли гордиться по книгам и фильмам, в новом зарубежье не сострадают русскому человеку? Ни разу даже не ошибутся ему на пользу, а не во вред?

Кому и как выдавать российское гражданство,- вопрос, который глубоко волнует русских не только за рубежом, но и в самой России.

Цитата (Илларион Свинтицкий, Москва, отклик на передачу «Дом, разделившийся сам в себе, не устоит»): «Гражданство можно давать представителям титульных народов РФ. Есть административное, национально-территориальное образование на территории России- милости просим. Если же нацгособразование находится за пределами РФ- свободен, рабочая или гостевая виза».

К. ЗАТУЛИН: Действительно, необходимо отличать репатриантов- русских и представителей других коренных народов, возвращающихся в свое отечество- от обычных иммигрантов разных национальностей. Репатриантам надо предоставлять преимущество- это кажется самоочевидным. Однако так ли это происходит в жизни?

Цитата (Елена Редькина, пенсионерка, 74 года): «Приехали из Латинской Америки староверы, исконно русские люди. Их забросили не в миллионные города, а в глушь на Дальнем Востоке, где нет ни дорог, ни жилья… Им даже не выделили места в лесу, где бы заготовить дров для отопления, для строительства жилья. Они собирают какие-то старые сухие коряги, пеньки, а рубить в лесу им просто не положено… Им невозможно трудно… Помогите этим людям, если сможете».

К. ЗАТУЛИН: За этим письмом стоит проблема огромного значения: как воспитать в русских людях чувство национальной солидарности. Как сделать так, чтобы лозунг «Русский, помоги русскому!» прописался в наших сердцах? Чтобы он стал руководством к действию для русских же чиновников?

После статьи Владимира Путина «Россия: национальный вопрос» большие надежды возлагались на подготовку, по поручению Президента, новой «Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации». Мы познакомились с проектом и обсудили его в своей передаче еще в прошлом году. И вот к какому выводу мы пришли:

Цитата (Из письма директора Института стран СНГ К. Ф. Затулина в Администрацию Президента и Правительство РФ): «Среди целей, обозначенных в проекте Стратегии, по сути, нет главной задачи консолидации русского народа, предотвращения его депрессии и депопуляции».

К. ЗАТУЛИН: Мы обратили внимание на то, что в новой Стратегии делается даже шаг назад по сравнению с предыдущей, образца 1996 года, предусматривавшей необходимость специальных программ подъема депрессивных регионов, в особенности Центральной России и Северного Кавказа. Программа по подъему вымирающей Центральной России так никогда и не была принята, а теперь ее нет даже в помине. Увлеченные своими диссертациями о «новой исторической общности− российском народе», разработчики документа забывают о русском и, по сути, не берут на себя ответственность за его развитие и самочувствие, за комфортность его проживания бок о бок с другими народами в России.

Цитата (Из письма К. Ф. Затулина в Администрацию Президента и Правительство РФ, 7 декабря 2012 г.): «Необходима переработка этого документа и продолжение его обсуждения».

К. ЗАТУЛИН: Вот ответ — обратите внимание на даты:

Цитата (А.В. Журавский, директор департамента межнациональных отношений Минрегиона России, 24 декабря 2012 г.): «В соответствии с письмом Аппарата Правительства РФ от 18 декабря 2012 года Министерство рассмотрело Ваше письмо от 7 декабря 2012 о предложениях в проект Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации и сообщает следующее.

Стратегия… на период до 2025 года утверждена Указом Президента РФ 19 декабря 2012 года».

К. ЗАТУЛИН: Чиновники поторопились «сжечь мосты», чтоб не править документ. Этому, отчасти, есть объяснение: только что объявлено, что в ближайшие три года государство потратит 500 миллионов рублей на укрепление межнационального единства страны. Деньги дадут Минрегиону, Росмолодежи, нашим СМИ … Нас же, в первую очередь, беспокоит другое- что неудовлетворенные «русские вопросы» известные «друзья русского народа» пытаются использовать, чтобы столкнуть русских с российским государством.

Мы рассказали об этом 6 марта в передаче «Бойтесь данайцев, дары приносящих». Поводом к ней послужил призыв якобы русского, якобы националиста Станислава Белковского ликвидировать Русскую Православную Церковь и отправить Патриарха Кирилла, вслед за Папой римским, в монастырь. Как мы и думали, у нашего героя- специалиста по черному пиару из команды недавно повесившегося Бориса Березовского- немедля нашлись защитники.

Цитата (Григорий Меламедов. «Затулин против Медведева — последний шанс», сайт «Эхо Москвы», 8 марта 2013 г.): «После такой передачи жертве остается только гадать, какой способ расправы выберет власть… Было видно, что (критика) Белковского с его призывом реформы Церкви — всего лишь повод затронуть людей более высокопоставленных».

К. ЗАТУЛИН: Врачу — исцелися сам. Наше возмущение беспрецедентным по грубости наездом на Церковь — за то что она не с Болотной площадью — это для блогера «Эха Москвы» донос. А его заголовок «Затулин против Медведева — последний шанс» с рассказом о том, как меня изгоняли из депутатов за несогласие с бывшим Президентом — это нормально.

Доказательством своевременности обращения в «Русском вопросе» к анализу причин и целей антиправославной кампании является очередное интервью Александра Невзорова Ксении Собчак на телеканале «Дождь».

Цитата (Александр Невзоров): «Мы не имеем право делать церкви подарок в виде репрессий или гонений. Увы, это побуждает к ним интерес. Достаточно будет всего-навсего им предложить реально оплачивать здания, земли, культурно-исторические ценности … Их ждет крах».

К. ЗАТУЛИН: Чистой воды плагиат.

Цитата (Владимир Ленин, письмо членам Политбюро от 19 марта 1922 г.): «Именно теперь и только теперь, когда в голодных местностях едят людей … мы можем (и поэтому должны) провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией … чем мы можем обеспечить себе фонд в несколько сот миллионов золотых рублей … Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше».

Резюме (К.Ф. Затулин):

Мы не намерены сворачивать с избранного пути: называть кошку кошкой и при этом не искать ее в темной комнате, где ее все равно нет. Программа «Русский вопрос» и я ее автор и ведущий, благодарны вам за внимание. Как говорил наш любимый футбольный комментатор Котэ Махарадзе: «Закончилась 30 минута матча и тут же началась 31».

До встречи в следующую среду, в это же время в передаче «Русский вопрос» на канале ТВ-Центр.

/