Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Написать письмо депутату

Выберите приемную:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

На
страницу
депутата

Авторская программа Константина Затулина «Русский вопрос» от 08.10.2014

Источник: ТВЦ
VIDEO

В шестьдесят седьмой передаче цикла «Русский вопрос»:

  • Сила и ум (США в борьбе с Исламским государством вновь наступают на грабли);
  • Ум и сила (Россия договаривается об общежитии на Каспии);
  • «Я пришел дать вам волю» (40 лет назад не стало Василия Шукшина).

В передаче принимают участие: Сергей Михеев, директор Института каспийского сотрудничества; Евгений Сатановский, президент Института Ближнего Востока; Александр Михайлов, народный артист России.

ООО «Русский вопрос» благодарит Фонд поддержки социальных инициатив ОАО «Газпром» и Госкорпорацию «Ростех» за помощь и поддержку при подготовке программы.

Стенограмма

 

К. Затулин: Здравствуйте. В эфире программа «Русский вопрос» и я, Константин Затулин, ее автор и ведущий. В нашем выпуске:

 Сила и ум (США в борьбе с Исламским государством вновь наступают на грабли);

— Ум и сила (Россия договаривается об общежитии на Каспии);

— «Я пришел дать вам волю» (40 лет назад не стало Василия Шукшина)

Сила и ум

К. Затулин: Соединенные Штаты Америки ‑ страна, чей военный бюджет в последние десятилетия равнялся и даже превышал совокупный военный бюджет всех остальных стран мира, начали новую войну. В очередной раз США применяют силу для решения ими же созданных проблем, не спрашивая разрешения у Организации Объединенных Наций. Можно даже сказать, что это теперь фирменный стиль американской внешней политики.

Сюжет: Летом этого года громко заявила о себе террористическая группировка Исламское государство Ирака и Леванта (ИГИЛ), перешедшая от совместных с другими действий против сирийского президента Асада к захвату нефтеносных полей Ирака и масштабной перекройке мусульманского мира. Боевики ИГИЛ своей жестокостью заставили содрогнуться видавший виды Ближний Восток. Они сотнями вырезают шиитов, езидов, курдов, христиан. В июле 2014 были казнены 1700 курсантов летного училища в захваченном ИГИЛ городе Тикрите – родине Саддама Хусейна. 19 августа представитель ИГИЛ отрезал голову американскому журналисту Джеймсу Фоули. Видео со сценой убийства разошлось по всему миру. За Фоули последовали другие жертвы – в том же стиле, под запись на камеру. Американцы заволновались.

Цитата (Барак Обама, Президент США, из выступления на Генеральной Ассамблее ООН, 24.09.14): «С таким воплощением зла не может быть и речи ни о каких переговорах. Единственный язык, который понимают убийцы, – это язык силы. Сегодня я прошу мир объединить усилия. Те, кто присоединился к ИГИЛ, должны покинуть поле боя, пока не поздно».

Сюжет: Объявляя с трибуны ООН о начале войны, Обама демонстративно не обратился за санкцией на ведение боевых действий в Совет безопасности ООН. Обама лишь проинформировал ООН о намерениях США. В обращении же к американскому народу он открыто объявил о том, что Соединенные Штаты в своих действиях не связаны никакими ограничениями.

Цитата (Барак Обама, Президент США, из обращения к американскому народу, 23.09.14): «Мы будем преследовать террористов, угрожающих стране, где бы они ни находились. Это означает, что я без колебаний начну действия против ИГИЛ в Сирии, как и в Ираке».

Сюжет: О своем решении присоединиться к США, приступившим к ракетно-бомбовым ударам по позициям исламистов, объявили еще 40 государств. К операции привлечены стратегические бомбардировщики В-1 и последнее достижение авиационной техники – самолеты пятого поколения F-22. Верные себе американцы, однако, не собираются рисковать участием в наземных операциях.

К. Затулин: Обратите внимание: для ударов по исламистам в Ираке у американцев есть формальное согласие правительства Ирака, пусть и марионеточного. Обращаться к законному правительству Сирии Обама не счел нужным: свержение Асада, в борьбе с которым выковывалось Исламское государство, по-прежнему остается одной из целей американской внешней политики.

Эта странность, на самом деле, многое объясняет. Президент Обама, поддерживающий религиозных фанатиков в их борьбе со светскими режимами, не нравящимся США, идет по пути своего предшественника президента Джорджа Буша-младшего. И как тот, наступает на грабли.

Сюжет: Ровно 13 лет назад в сентябре 2001 года Джордж Буш-младший в не менее торжественной обстановке чем Обама, под овации обеих палат Конгресса, объявил первую войну терроризму, поставив мир перед выбором.

Цитата (Джордж Буш-младший, Президент США (2001-2009 гг.): «Вы или с нами, или вы с террористами».

Сюжет: Джордж Буш, как сейчас Обама, собрал коалицию, и обрушил всю военную мощь США и мощь союзников на талибов и «Аль-Каиду» в Афганистане, на тот момент объявленных главными проявлениями мирового зла. С тех пор прошло 13 лет. Афганистан окончательно развален. Талибан цел, и явно намеревается взять под свой контроль большую часть Афганистана в ближайшее время. Но это уже никого не волнует. Теперь воевать надо с ИГИЛ.

К. Затулин: Жестокая ирония истории в том, что Талибан и Аль-Каида создавались США для войны с советскими войсками в Афганистане, когда выяснилось, что обычным душманам не устоять. ИГИЛ также создавалась Соединенными Штатами для борьбы против Башара Асада в Сирии. Джинна выпустили из бутылки, и он воплотился в бумеранг.

Цитата (из журнала GlobalResearch(Канада): «Исламское Государство в Ираке и Сирии (ИГИЛ) ‑ это создание Соединенных Штатов и их союзников в Персидском заливе, а именно Саудовской Аравии, Катара, а в последнее время в этот список добавился Кувейт».

Сюжет: Война с терроризмом в Афганистане не уничтожила Талибан и «Аль-Каиду», но зато позволила влезть в Афганистан, за который англосаксы безуспешно боролись с XIX века. Даже после вывода войск коалиции американские базы на территории Афганистана останутся. Война с ИГИЛ может дестабилизировать все государства Ближнего Востока, сделав их игрушками в руках сверхдержавы.

Цитата (Михаил Чернов, зам. директора Центра стратегической конъюнктуры): «Нет такой цели — справиться с ИГИЛ. Есть цель с помощью инструмента ИГИЛ расширить войну в регионе на все государства региона и устроить большой передел границ».

Сюжет: В идеологии новоявленное Исламское государство выглядит отрицанием отрицания: его активисты заявляют, например, о желании разрушить Каабу, а халиф ИГИЛ Абу Бакр аль-Багдади вызывает на дуэль президента Турции Эрдогана, которого считает слишком светским.

Это не случайно. Как не случайно и то, что в рядах ИГИЛ столько выходцев из китайского Синьцзяна, что правой рукой халифа стал бывший сержант грузинской армии Тархан Батирашвили, теперь называющий себя Абу Омар аль-Шишани.

К. Затулин: Боевики ИГИЛ уже выступили с угрозами в адрес России и пригрозили перенести войну на Северный Кавказ и Поволжье. Они распространили видео из кабины захваченного у сирийцев самолета МИГ-21.

Цитата: «Это послание тебе, о, Владимир Путин! Это твои самолеты, которые ты отправил Башару, мы, волею Аллаха, их отправим тебе, помни об этом!»

Студия

К. Затулин: Что из себя представляет вот это «Исламское государство», которое раньше называли «Исламским государством Ирака и Леванта», теперь просто «Исламским государством». Вы в одном из своих интервью сравнили их со средневековыми ассасинами. Значит ли это, что исламское государство – это некая новая секта внутри мусульманства?

Евгений Сатановский (президент Института Ближнего Востока): Это значит, что салафиты захватывают территории Аш-Шама, Сирии и Двуречья, Ирака. Распространяет свое влияние на другие плацдармы, потому что есть масса группировок, которые им присягнули не на этой территории: и в Северной Африке, в Европе и в Центральной Азии. И у нас возникает некая новая качественная террористическая угроза. Во-первых, вполне интернациональная: более 30 тысяч боевиков из-за рубежа и достаточное количество из стран Запада. Во-вторых, вполне образованная: врачи, инженеры, нефтяники, химики, биологи. Надо же делать химическое, биологическое оружие на базе Мосульского университета. Весьма богатая: минимум миллиард, максимум пока два в год, до 3 миллионов долларов в день только от контрабанды нефти. И что самое существенное, очень хорошо организованная…

К. Затулин: Вот салафиты, они, как течение в исламе, чем характеризуются? Это для наших зрителей.

Е. Сатановский: Они характеризуются тем, что всё, что было до них, будет уничтожено. Могила матери пророка Мухаммеда была уничтожена в Аравии в 98-ом году. А сегодня идут дискуссии на тему того, надо ли сносить могилу пророка? Там не останется ничего, что было до них в исламском мире. А все, кто не будут такими, как они им скажут, будут уничтожены очень жестоко.

К. Затулин: Ну, вот исламское государство выдвинуло уже какие-то угрозы в адрес России. Насколько эти угрозы реальны? Вообще говоря, запугивание исламским государством – это повод к тому, чтобы мы в очередной раз были привлечены к совместной с американцами какой-то операции на Ближнем Востоке?

Е. Сатановский: У нас своя операция на Ближнем Востоке, свои интересы на Ближнем Востоке. Я понимаю, что, наверное, очень здорово, если мы вместе с американцами пойдем расхлебывать всю эту кашу, которую они заварили, еще лучше, если у нас начнутся в тылах какие-то безобразия в Поволжье или на Северном Кавказе или желательно вообще в центральной полосе России. Мы это всё 100 раз проходили. Тут нет никаких иллюзий. Чтобы не понимать это, надо быть американцем.

К. Затулин: Сергей Александрович, вы согласны?

Сергей Михеев (директор Института каспийского сотрудничества): Я думаю, что всё-таки Запад имеет отношение к стимулированию всех тех движений. Как минимум не было бы никакого Исламского государства, если бы Запад не поддерживал разгром Сирии. Некоторое время назад мы всё же добились того, что американцы отказались от бомбардировки Сирии. Но теперь они бомбят ее по другому поводу. Повод нашелся. Надо бомбить тех, кого они сами стимулировали в борьбе с Асадом. Кто знает, может быть, после этого они и на Асада перекинутся под предлогом той же самой борьбы с Исламским государством.

Е. Сатановский: Я боюсь, вы слишком оптимистичны и слишком с большим уважением, как профессионал, относитесь к умению американских коллег наших и друзей, и просто братьев по планете, управлять этими процессами. Они не управляют ими с моей точки зрения. Делают вид, что управляют – да.

Совершенно не готов в это верить. Любимая, к сожалению, фенечка наших друзей из Центрального разведывательного управления, из Госдепа, из Белого дома – это сделать вид, что они знают, что они делают. Всё гораздо хуже. Абсолютная анархия. При этом любимые друзья – это спонсоры-террористы. Безусловно, и саудовцы.

К. Затулин: Американцы всегда были такими некомпетентными и неэффективными или некомпетентность, по закону Питера, нарастает всё время?

Е. Сатановский: А вы назовите мне за XX век хоть один большой и очень капиталоемкий процесс, который вела Америка, который кончился бы победой Америки.

К. Затулин: Развал Советского Союза.

Е. Сатановский: Развал Советского Союза? Нет.

К. Затулин: Почему?

Е. Сатановский: Потому что нас никто не заставлял. Наших членов Политбюро в Беловежской пуще ликвидировать собственную страну.

К. Затулин: Нет абсолютно никаких сомнений в том, что если бы не было внутренних причин, не состоялся развал Советского Союза, но…

Е. Сатановский: Да нет, а в крике «Берите суверенитета, сколько сможете», с которыми разгрестись, дай бог, если после второй войны в Чечне и то большой вопрос.

К. Затулин: Но в данном случае вопрос о всех тех коалициях, которые периодически создают американцы для борьбы с очередным злом. Будь то Россия, будь то Афганистан…

С. Михеев: Каковы же реальные цели американцев? На этот вопрос ни у кого ответа нет. Четкого.

К. Затулин: В том числе и у американцев.

С. Михеев: Я не исключаю. Одни считают, что американцы всем управляют, другие считают, что американцы ничем не управляют, а просто ошибаются. Мне кажется, истина где-то посередине. Американцы просто считают возникающую анархию и хаос вполне допустимыми издержками, пока этот хаос происходит далеко от их границ.

К. Затулин: Они озабочены тем, чтобы убрать Каддафи, Саддама Хусейна, Асада, вот этим они может быть озабочены?

С. Михеев: То, что они не боги, они ошибаются, это очевидно. Вопрос в том, что они относятся к этому, как относится высшая раса к проблемам, так сказать, муравьев или к проблемам людей второго сорта. Где-то кто-то убил несколько тысяч человек, ну, это ничего страшного. Не очень хорошо, но и ничего страшного, пока это не касается непосредственно американцев.

Е. Сатановский: Это же не вчера началось, и не позавчера началось, что сначала все катастрофические варианты. Это у вас уже выбор не между плохим и хорошим ‑ между плохим, катастрофой и апокалипсисом, а теперь выбирайте. И что касается того, какие последствия для Соединенных Штатов? Просчет нулевой.

Времена холодной войны, когда были, враги, может быть, противники, но профессионалы. И сегодняшняя экспертная база, база профессионалов, как бы сидящих в Госдепе или в Пентагоне, или Белом доме, ‑ но это даже не катастрофа, это самое опасное, потому что, ну, есть такая немножко некорректная фраза про обезьяну с гранатой за рулем. А если эта обезьяна с ядерной гранатой?

К. Затулин: Но почему так произошло с американцами, что вот были они такие профессионалы в период холодной войны, а вдруг стали такие непрофессионалы?

Е. Сатановский: Зачем? Зачем им держать профессионалов, если вы… Вы Фукуяму наверняка же помните. Мы же победили? Всё замечательно. Ура! Ура! А дальше мы начинаем экономить деньги.

К. Затулин: Попробуем несколько слов по поводу ситуации с другими государствами, которые в этом регионе. Какая роль в этой борьбе отводится Ирану?

Е. Сатановский: Иран закрывает свои границы. Иран будет держать очень серьезно под контролем ситуацию в святых города шиитов. Иран будет взаимодействовать с правительством Асада, с Хезболлой в Ливане. Потому что резня шиитов никого не радует в Тегеране. Это геноцид и Иран не может этого допустить.

Иран серьезно конфликтует с Саудовской Аравией в первую очередь на территориях, где население смешанное: и Ирак, и Бахрейн, и Восточная провинция в Саудовской Аравии, и Йемен, где хуаситы не случайно всерьез заняли значительную часть йеменской столицы и т.д., и т.д. И используя российскую авиационную технику, потому что на самом деле с сегодняшним исламским государством воюет Иран, войска Асада и, кстати, иракская армия, базируясь на российской технике. Если бы не она, ‑ там не Обама своими всерьез своими точечными налетами вообще-то останавливает, ‑ то боюсь, что брали бы уже давно Багдад. Иранцы в этой ситуации американцами рассматриваются, как потенциальный союзник, только не в регионе. Обаме они нужны для того, чтобы выбить нас из Европы с точки зрения и газа, и нефти. Не очень бы хотелось, чтобы это было за наш счет.

К. Затулин: Сергей Александрович, а вы отмечаете такую вот перспективу ирано-американского сближения, на почве общих угроз и общих корыстей, связанных с Россией?

С. Михеев: Потенциально оно уже происходит, потому что действительно Иран пытается завлечь всякими, так сказать, привлекательными проектами по продаже нефти и газа в Европу. Это не называется напрямую, но фактически им предлагается отчасти заменить Россию для поставок углеводородов в Европу. Другое дело, готов ли, так сказать, Иран и иранское руководство вот так сломя голову покупаться на эти вещи. Несомненно, они будут использовать возможности торговать нефтью и газом. Будут ли они переводить это в плоскость конфронтации с Россией? Я думаю, нет.

Е. Сатановский: Почему?

С. Михеев: Потому что в каких-то приватных разговорах, да, с иранцами, они говорят, мы не доверяем Америке. Всё равно, так сказать, это большой сатана и мы будем получать ту выгоду, которую сможем получать. Мы попытаемся…

К. Затулин: Может это они нам так говорят?

С. Михеев: Мы попытаемся…

Е. Сатановский: Скажите, а вы знаете кого-то в регионе, кто доверяет Америке?

С. Михеев: Да, никто не доверяет.

Е. Сатановский: Включая ближайших союзников Америки.

С. Михеев: А вот опыт Ирака особенно об этом говорит.

К. Затулин: Вот о Турции, если можно, несколько слов. Турция всё время рвалась в Сирию. Да, рвалась начать там вторжение. Ей не дали отмашки.

Е. Сатановский: Простите, кто ей не давал отмашки? Эрдоган сам себе отмашка.

К. Затулин: Нет, мне кажется ей не дали отмашку американцы, потому что он всё-таки поехал накануне этого возможного вторжения, уже, когда бомбу взорвали неизвестно, то ли сирийцы, то ли сами люди Эрдогана в турецком городе. Поехал в Америку и после этого как-то рассосалась эта угроза.

Е. Сатановский: Ну, у них свои разборки. Эрдоган Обаму любит, мягко говоря, не сильно больше, чем иранцы.

К. Затулин: Понятно, они никто друг друга не любят.

Е. Сатановский: Но сегодня они там будут действовать за границами Турции, о чем, собственно говоря, и спрошено, не благодаря американскому разрешению или нет.

К. Затулин: А вот о чем думает сейчас Израиль? Как-то его позиция не очень обсуждается в связи с исламским государством. В чем она состоит?

Е. Сатановский: Израиль не будет вмешиваться в ситуацию до той поры, пока это не выйдет на атаки на израильскую территорию. Такой хорошо вооруженный нейтралитет. Турция Израилю не союзник, Иран тоже не союзник. Что, с моей точки зрения, жалко, но диалог здесь Израиль бы готов был развязать. Иранцев осталось уговорить. Саудовская Аравия? Ну, когда у вас такие союзники, как Саудовская Аравия, вам врагов уже не надо, она у вас уже есть. Египет, да. Египет, который серьезно держит за глотку своих исламистов и очень жестко конфликтует с ХАМАСом, по безопасности с Израилем сотрудничает. Это вовсе не значит, что они дружат всерьез. Но, тем не менее, нормальный вооруженный нейтралитет. Как у Швейцарии в Первую мировую войну и во Вторую тоже.

К. Затулин: А вот теперь всё-таки в завершение этого разговора про исламское государство и угрозу, которая от него исходит, всё-таки о роли России. Во-первых, почему Россию всё-таки не приглашают в коалицию? Потому что Россия на данный момент ‑ изгой?

Е. Сатановский: Простите, России, как бы намекают и подвешивают какие-то светлые идеи, чтобы мы туда вляпались в очередной… Что ж не приглашать? Они так вот приглашают, как они полагают необходимым пригласить. А нам-то зачем в это всё входить?

С. Михеев: Мне кажется, Россию, в принципе, действительно всё-таки хотели бы там видеть, но только в роли исполнителя грязной работы. Пушечное мясо, грязная работа, берите на себя эти вещи. Может быть потом, когда-нибудь…

К. Затулин: То есть без всяких обязательств перед самой Россией.

С. Михеев: Несомненно. Они говорят, так сказать, или вы делаете работу для нас, и тогда мы похлопаем вас по плечу, но это не означает, что будем учитывать ваши интересы, например, на Украине или где-либо еще. Или вы не делаете этой работы, и тогда вам будет еще хуже. Мне кажется, американцы в это смысле, как бы теряют чувство реальности, им кажется, что нужно вот с таких позиций разговаривать с такими странами, как Россия. В этом смысле, я думаю, что это, конечно, ошибка.

Резюме К. Затулина: Уинстон Черчилль, которого я не отказываю себе в удовольствии цитировать в наших передачах, утверждал, что«американцы всегда находят единственно верное решение, после того, как перепробуют все остальные». Сила есть – ума не надо. Если сохранение роли единственной сверхдержавы, после развала СССР, остается для США главной целью, а далеко не все люди в мире с этим согласны, то почему бы не создать как можно больше поводов для американского лидерства? Все равно ‑ на Украине или на Ближнем Востоке?

Вот только жаль распятого Христа, как говорил Владимир Высоцкий.

Ум и сила

К. Затулин: Перенесемся теперь с Ближнего Востока, который в результате силовой политики США погружается в пучину хаоса, на берега Каспия. Поводом к этому является саммит 29 сентября в Астрахани, на котором лидеры России, Казахстана, Туркмении, Ирана и Азербайджана наглядно продемонстрировали, что даже самые сложные политические и экономические проблемы можно решать на основе взаимного учета интересов.

Сюжет: Потенциально каспийский регион является одним из наиболее взрывоопасных. Шельф Каспия содержит колоссальные запасы нефти и газа. Вторые, после Персидского залива. При этом шельф до сих пор неразделен между прибрежными государствами, а, следовательно, у богатств, предварительно оцениваемых, в более чем триллион долларов нет безусловных хозяев. Только этого было бы достаточно для превращения Каспия в зону беспрерывного конфликта. Не говоря уже о стремлении таких глобальных игроков, как Соединенные Штаты и Евросоюз, проложить через Каспий южный энергетический коридор в обход России. Однако, несмотря ни на что, все годы после краха СССР Каспийское море остается морем мира и сотрудничества, на котором до сих пор не было ни одного вооруженного конфликта.

К. Затулин: Уже два века главным гарантом стабильности и мира на Каспии является Россия.

Сюжет: В прошлом году отмечалось 200-летие русско-персидского Гюлистанского договора, по которому только Россия получала право иметь военно-морской флот на Каспии.

Цитата (Гюлистанский договор, 1813 г.): «В рассуждении же военных судов: кроме Российской Державы, никакая другая держава не может иметь на Каспийском море военного флага».

Сюжет: Этот Договор сыграл ключевую роль в обеспечении безопасности на Каспии. Он сделал невозможным появление в персидских гаванях чужих кораблей. В Крымскую войну Каспий не стал театром военных действий, и английский флот не вошел в Волгу. Эту промашку англичане попытались исправить в ходе Гражданской войны на Каспии, наскоро подняв британские флаги на захваченных русских торговых судах.

Неудивительно, что победившая Советская Россия взяла на вооружение принципы, заложенные в Гюлистанском договоре. По советско-иранским договорам 1921 и 1940 годов, Каспий получил статус внутреннего водоема, исключающий присутствие в нем военных кораблей других государств. Тем самым вновь была гарантирована безопасность на Каспийском море. Каспий не стал одним из театров Холодной войны.

К. Затулин: Ситуация на Каспии существенно изменилась после распада Советского Союза. Вместе с тремя новыми прикаспийскими государствами ‑ Азербайджаном, Казахстаном, Туркменией – возникли их новые национальные интересы.

Сюжет: Россия, как правопродолжательница Советского Союза и Российской империи первоначально предложила сделать Каспий общим достоянием, владеть им на условиях кондоминиума. Однако эта позиция не нашла поддержки у новых независимых государств, пытавшихся разделить шельф, морскую поверхность и воздушное пространство. Предпринимались попытки апеллировать к Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. Признание Каспия морем с точки зрения международного права породило бы целый ряд острейших конфликтов.

Цитата (Изабель Мандро, Le Monde (Франция): «Если бы было применено морское право, принятое в 1982 году, тогда Волга и её каналы, питающие Каспий, стали бы рассматриваться как международные водные пути. Кошмар для России».

Сюжет: Однако кошмаром это обернулось бы и для новых независимых государств. В узком Каспии 200-мильные исключительные экономические зоны государств порой полностью покрывали бы друг друга. И у месторождений было бы как минимум два законных хозяина. С учетом же значительных колебаний уровня Каспия у соседних государств появились бы еще и подвижные границы.

Лучшей ситуации для постоянной конфронтации не придумать. Соединенные Штаты уже начали предлагать свои услуги ‑ проект «Каспийский страж» для защиты каспийских трубопроводов от терроризма с помощью международных сил.

Цитата (Григорий Трофимчук, первый вице-президент Центра моделирования стратегического развития): «Простой взгляд на карту показывает, что если НАТО выйдет на Каспий, то тогда Россия может быть расколота пополам. Одновременно шов пройдёт по Центральной Азии, что автоматически расколет РФ и КНР».

К. Затулин: Все последние восемнадцать лет Россия упорно предлагала своим соседям по Каспию договариваться на основе общих интересов: 25 миль под национальной юрисдикцией, остальная водная гладь – общее достояние. И вот на прошедшем в Астрахани саммите условия раздела и общежития на Каспии удалось согласовать.

Сюжет: Главы государств договорились считать 15 мильную прибрежную зону национальными водами, к которым добавляется еще 10 миль рыболовецкой зоны. Как и предлагала Россия, остальной Каспий объявлен общим достоянием, особое внимание уделено сохранению его экологии. Подтверждено решение о запрете нахождения на Каспии военно-морских сил некаспийских государств.

Успех саммита в условиях нарастания новых угроз на Ближнем Востоке свидетельствует о желании прикаспийских государств не дать никому повода для вмешательства в их внутренние дела.

Цитата (Леонид Ивашов, президент Академии геополитических проблем): «Это ответ на агрессию Запада в отношении Украины, в раскручивании дестабилизационных процессов на Ближнем Востоке и ощущение всеми прикаспийскими государствами этой угрозы хаоса и агрессии».

Студия

К. Затулин: Накануне саммита в Астрахани ваш институт провел свою конференцию, сделал свои прогнозы. В чем-то они совпали, в чем-то они не совпали с результатами саммита. Или не полностью с ними совпали, по крайней мере. Но меня вот на фоне происходящего вокруг «Исламского государства», интересует вопрос. Каспийский регион относится к числу наиболее потенциально дорогих регионов мира, если иметь в виду запасы нефти, газа, полезных ископаемых по соседству с Каспийским морем на территориях прикаспийских государств. Почему всё-таки Каспийский регион остается пока, ‑ я стучу вот если не по дереву, то по стеклу, ‑ наиболее спокойным во всем этом бушующем, блуждающем и борющемся мире. Вот ваша точка зрения?

С. Михеев: На мой взгляд, гарантией от вот этих проблем всё-таки является доминирующая роль России. И то, что нам удалось найти общий язык, общее понимание с прикаспийскими государствами, в том числе с постсоветскими государствами, по целому ряду стратегически важных вопросов. Наверное, с точки зрения Запада, они не являются ни либеральными, ни демократическими, тем не менее, у такой ситуации есть и оборотная сторона – там больше порядка. Да, там находятся лидеры, которые достаточно жестко держат эту политическую ситуацию под контролем, и, которые, на мой взгляд, в этом смысле мудрее, чем сменяющиеся, так сказать, как картинки в калейдоскопе, демократические правители в некоторых других странах. Которым просто некогда думать о стратегии.

К. Затулин: Какие всё-таки внешние вызовы существуют для Прикаспийского региона? Кто из внешних игроков заинтересован в его дестабилизации?

С. Михеев: Американцы с самого начала после распада Советского Союза, очень активно пытались играть во всех прикаспийских государствах. Ну, кроме Ирана. По понятным причинам – их просто туда никто не пускал. Но в постсоветских государствах и в России, в том числе, американцы играли крайне активно. А в районе Каспия они играли по двум направлениям. Первое, вбить клин между прикаспийскими государствами. Второе, установить там режимы, которые бы ориентировались на американцев. Делалось это через тоже достаточно понятную технологию – через привлекательные экономические проекты, попытка переориентировать на себя политически. Предлагалась вот эта вот идея Южного энергетического коридора, т.е. доставка каспийской нефти и газа в западном направлении.

К. Затулин: Там масса – «ТРАСЕКА», «Шелковый путь»…

С. Михеев: Да. Но они все в одну кучу, а суть такая, значит, протянуть трубу из Средней Азии и Каспия на Запад.

К. Затулин: В обход России.

С. Михеев: Да, абсолютно правильно. Азербайджану была предложена такая роль нефтяного горлышка, так сказать, в этой огромной каспийской бутылке, через которое эта нефть и газ через Закавказье или Южный Кавказ, как сейчас говорят, будут направляется в западном направлении.

К. Затулин: Вот основные противоречия между прикаспийскими государствами?

С. Михеев: Основные противоречия – это вопрос правового статуса Каспия, а точнее раздела Каспия, если говорить простым языком.

К. Затулин: То есть море или озеро?

С. Михеев: Да. И не только это. Кто на что претендует. Нефть и газ находится на шельфе под дном моря: значит, как поделить дно и как поделить поверхность.

То есть, пока была Российская империя и Персия, Советский Союз и Иран, вопросов не было — это было внутреннее море России и Ирана с меньшей иранской частью и с большей российской. Но распался Советский Союз, появилось 5 прикаспийских государств и потребовалось урегулирование юридического статуса. Иранцы заняли жесткую позицию, говоря о том, что Советский Союз распался – это ваша проблема, мы не хотим поступаться своим сектором, он должен быть не меньше того, что мы имели раньше. Ну, и вокруг этого завязалась, так сказать, многолетняя вялотекущая перепалка.

В северной части Каспия удалось найти консенсус. На мой взгляд, не слишком выгодный для России, но это остается на совести господина Ельцина и его тогдашней команды. А вот на юге Каспия между Азербайджаном, Ираном и Туркменистаном, остались серьезные противоречия в первую очередь по поводу национальных принадлежностей ряда месторождений на юге Каспия. Поэтому, Астраханский саммит, на мой взгляд, чем еще был интересен?

Тем, что действительно мы серьезно продвинулись вперед, потому что выработан некий уникальный прецедент по юридическому, так сказать, статусу Каспия. Прибрежная зона 15 миль плюс 10 миль хозяйственная, а остальное…

К. Затулин: Рыболовецкая, да?

С. Михеев: Да, рыболовецкая. А остальное ‑ вода общего пользования.

К. Затулин: Вот то внимание, которое в ходе этого каспийского саммита, весь предшествующий период Россия уделяет экологии Каспия.

С. Михеев: Что касается проблемы экологии, она двояка. С одной стороны, действительно, экологическая ситуация на Каспии тяжелая, поголовье осетровых сократилось в разы. При этом те осетровые, которые мы выпускаем в Волге, они в основном уходят на Юг, их вылавливают иранцы и продают, так сказать эту икру. Иранская икра стала более знаменитой, чем русская, потому что это те самые осетры, которых мы выпускаем. А в целом поголовье осетров сократилось в разы. И несомненно нас это волнует. И конечно выбросы, которые происходят при добыче нефти и газа на Каспии, они очень серьезно на это влияют. Поэтому, да, нас эта проблема волнует. При этом есть и политический фактор, да, несомненно. Прокладка транскаспийского трубопровода в сейсмически опасных, так сказать, условиях, может вызвать экологическую катастрофу и, да, нам не выгодно.

К. Затулин: Вот эта разница подходов к прокладке трубопровода. По этому поводу всё-таки, как я понимаю, в Астрахани окончательно не договорились?

С. Михеев: Не договорились. Есть позиция российская, которую полностью разделяет Иран, что прокладка таких крупных проектов должна быть делом международного 5-стороннего консенсуса. Казахстан по этому поводу нейтрально молчит. Азербайджан, скорее, склоняется к прокладке таких трубопроводов, а Туркменистан жестко «за».

К. Затулин: То есть сталкиваются два проекта: Транскаспийский нефтегазопровод под дну Каспийского моря и второй проект, который Россия всегда поддерживает ‑ коммуникация Север-Юг. То есть прикаспийский газопровод не по дну, а по суше и в этом случае без России не обойтись. Два таких проекта, насколько я понимаю.

С. Михеев: Ну, да, совершенно верно. Мы не лезем в чужие дела, мы предлагаем искать компромисс, предлагаем договариваться на основе неприменения силового давления. И там, где мы находим общую выгоду, там будет компромисс, там будет результат.

Резюме К. Затулина: Не приходится отрицать, что решающую роль в договоренностях по Каспию сыграла твердая позиция Российской Федерации, подкрепленная не только удельным весом ее экономики и исторической традицией, но и Каспийской военной флотилией. Но разве, чтобы добиться признания справедливых, равных для всех прав на Каспии мы поощряли дестабилизацию, заговоры и перевороты в соседних государствах?

Каспий и Ближний Восток – у каждого свой куратор среди великих держав. США и России не откажешь ни в уме, ни в силе. Кажется, еще Александр Дюма в своей бессмертной трилогии о мушкетерах задавался вопросом, что первичнее, нравственнее в этой связке: ум или сила? И всегда приходил к выводу: ум.

Я пришел дать вам волю

К. Затулин: 40 лет назад, 2-го октября 1974 года умер великий русский писатель и актер Василий Макарович Шукшин.

Цитата (Станислав Любшин, народный артист России): «Если существует эталон искренности, то это Шукшин. Искренним людям очень тяжело живётся на свете. Более искреннего и чистого человека я не встречал. Может, теперь он нужнее в тысячи раз, чем все эти писатели, вместе взятые».

Сюжет: Шукшин родился в 1929 году на Алтае, в простой крестьянской семье. Во время войны окончил школу, поступил в автомобильный техникум. Служил матросом на Балтийском и Черноморском флотах. В 1953 году, вернувшись в свое село, Шукшин идет работать учителем русского языка в сельскую школу. А дальше удачное поступление во ВГИК, первый напечатанный рассказ в журнале «Смена» и первые пробы в кино.

К. Затулин: Удивительно, но ведь писательскому творчеству Шукшин посвятил всего десять лет своей жизни. Публикации в журналах «Октябрь» и «Новый мир» снискали ему редкую популярность в читательской среде.

Сюжет: За 10 лет писательского труда Шукшин создал два романа («Любавины» и «Я пришёл дать вам волю»), и множество рассказов. С героями Шукшина, как правило, ничего необычного не происходит, но собранные вместе, его рассказы соединяются в умный и правдивый, немного смешной, но при этом драматичный роман о России, о русском национальном характере.

Цитата (Василий Шукшин): «Рассказчик всю жизнь пишет один большой роман. И оценивают его потом, когда роман дописан, а автор умер».

К. Затулин: К писательской славе присоединилась актерская.

Сюжет: В 1974 году журнал «Советский экран» признал Василия Шукшина лучшим актером года – за фильм «Калина Красная», где он играл главную роль и одновременно был режиссером. До «Калины» было еще 4 фильма. Успех «Калины Красной» заставил по-новому взглянуть на прежде вышедшие на экран «Печки-лавочки» и «Живет такой парень». Стало ясно, что в советское кино пришел самостоятельный, ни с кем другим несравнимый русский актер и режиссер.

К. Затулин: В последние годы жизни Шукшин постоянно думал о фильме, который должен был стать главным на его творческом пути. История Стеньки Разина. История русского бунта и мучений русского человека, вступившего в борьбу за волю. «В совершенствование мира на основе собственных несовершенств», как сказал бы другой шукшинский герой из фильма «У озера» Сергея Герасимова.

Цитата (Захар Прилепин, писатель): «Как и всякий русский писатель-гуманист, Василий Макарович не был исусиком, а зачарованно смотрел на русского человека и русский характер и видел там далеко не одних «чудиков». Ключевой русский тип, по Шукшину, это, конечно, Разин».

Сюжет: Прилепин называет роман Шукшина о Стеньке Разине «Я пришел дать вам волю» лучшим романом автора. Фраза: «дать вам волю» ‑ реальна и принадлежала настоящему, тому Разину.

Цитата (Захар Прилепин, писатель): «К Разину, Болотникову и Пугачёву огромными толпами шли другие россияне ‑ калмыки, башкиры ‑ совместно отстаивать свободу русского мужика. Осетин и абхазов тогда ещё не было в составе России, они бы тоже подтянулись… Если б Шукшин увидел Новороссию, он бы угадал все те типы, которые описал — а, по сути, во многом выдумал. А они вдруг оказались ‑ вполне живыми, действующими, улыбчивыми и полными бешеных сил».

К. Затулин: Сталину принадлежит фраза «врут как очевидцы». Лицом к лицу, лица не увидать – мы не стали звать в программу родственников или друзей Василия Макаровича. Своим мнением о Шукшине я попросил поделиться земляка, сибиряка – народного артиста России Александра Михайлова, которому в эти дни исполнилось 70 лет. Просто потому, что угадываю в Александре Яковлевиче родство душ с Василием Макаровичем.

Сюжет (Александр Михайлов, народный артист России): Если мы говорим сейчас о современниках, мои любимые писатели – Распутин, Белов, Астафьев, Абрамов, Солоухин ‑ это такой высочайший, очень корневой уровень. Вот в этой плеяде талантливых людей, конечно, Василий Макарович настолько заметное место занимает, просто мощное… Я был бы счастлив, конечно, сниматься у него в фильме. Был момент, когда мы на студии Горького с ним встретились. Мы так идем, я снимался не помню в каком фильме, шел Василий Макарович. Мы просто посмотрели друг на друга, чуть приостановились и прошли дальше. Я помню, я оглянулся и он оглянулся. И вот так постояли, посмотрели, улыбнулись и я пошел. На этом все кончилось, наша встреча.

Я очень влюблен в рассказы Василия Макаровича, просто влюблен. Я обожаю его «Срезал» потрясающее, потом потрясающий рассказ «Обида». Это такая красота. Вот я бы сыграл отца девочки, когда на ее глазах его оскорбляли и унижали. И на ее глазах, маленькой девочки, вот эта обида. Конечно, «Стенька Разин» ‑ это вообще отдельная тема для разговора.

Но, в какой-то степени я свою мечту реализовываю и до сих пор. Я сам преподаю во ВГИКе, у меня ребята-третьекурсники, один курс я выпустил. И сегодня третьекурсники-ребята на самостоятельных отрывках я умолял, чтобы они брали прозу Василия Макаровича, и были потрясающие два отрывка. Это просто замечательно. Я очень рад. И думаю, что у этих отрывков большое будущее. Мы будем делать вообще шукшинские спектакли. Это моя мечта.

Резюме К. Затулина: Творчество Шукшина и его жизнь, которая кажется бунтарской, хотя была необыкновенно успешной – это для меня история воплощения духа противоречия, который есть в каждом настоящем русском человеке. Мало кто любит противоречия и, однако же, со школьной скамьи мы знаем, что только они и есть источник всякой жизни. Василия Макаровича Шукшина не заставить, не покорить, не принудить жить так, как не хочется. Совесть не велит – вот русский ответ.

С Вами был Константин Затулин и программа «Русский вопрос». До встречи на следующей неделе в это же время на канале ТВ Центр.

/