Бумаги и овраги

Ответственность – главное требование войны

В эти дни России стало больше. В Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областях люди проголосовали за Россию. Президент в Кремле, в том самом Георгиевском зале, на наших глазах поставил свою подпись под актами воссоединения. Мы в Думе приняли требуемые законы.

Единогласно.

Всё как в 2014 году?

Нет. Идет война, которую уже неловко представлять просто военной операцией, пусть даже специальной. Только что война жестоко напомнила о себе отступлением из-под Красного Лимана.

Идет мобилизация, пусть частичная. Как идет – известно. Но вряд ли могла идти по-другому,– признаемся, если мы не в шорах слов и самолюбования. Мало кто теперь сомневается, что проводить ее надо было раньше. «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги»,– так написал 150 лет назад офицер-доброволец, вернувшийся с Крымской войны Львом Толстым. История учит, что ничему не учит?

История учит, что в пиковые, испытательные ее моменты во время войны, ответственность всех и каждого ничем нельзя заменить. Тем более фейерверками. Выходя из Георгиевского зала и отвечая журналистам, я так и сказал: что главное мое чувство – не праздник, а ответственность за те субъекты Российской Федерации, которые образованы, за те территории, которые вошли в состав России и, прежде всего, за тех людей, которые рассчитывают, что мы их защитим.

Критики происходящего у нас делятся на тех, кто уже побежал из страны, даже если в ней еще задержался. И тех, кто останется в ней и в радости и в горести, но хочет Победы. Чего же надо хотеть, что требовать и в чем участвовать тем, кто хочет Победы?

Во-первых, нельзя победить того народа, который знает и разделяет, за что борется. После развала СССР у меня не было сомнений, что испытание Украиной,– борьбой за Украину, а если не сложится, борьбой против Украины,– неизбежное условие выживания и возрождения России. Отдаю должное усилиям всех – от Президента до блогера,– доказывающих правоту наших целей на Украине. Но требуется большее: добиться полного осознания, что идет Отечественная война за выживание России, а не Украины. Третьего не дано.

Второе. Разговоры, что «все идет по плану» потеряли всякий смысл. Делайте же вывод. Через месяц после начала спецоперации, 3 апреля в программе Владимира Соловьева, я впервые сказал о необходимости Государственного Комитета Обороны и Ставки Верховного главнокомандования, по опыту Великой Отечественной. В опубликованной «ЛГ» 6 апреля статье «На войне как на войне» написал: «В чрезвычайной ситуации без чрезвычайных органов не обойтись. Кажется, к тому идет: 2 апреля Глава ДНР Денис Пушилин образовал в Республике Государственный Комитет Обороны. Надеюсь, каким бы ни было окончательное решение Верховного главнокомандующего, в Кремле, чем быстрее, тем лучше, сплотят в единое аппаратное целое управление войной и тылом, пропагандой и гуманитарной помощью, устройством мирной жизни на освобожденных территориях и организацией необходимых поставок стране и людям». Увы. Услышал Зеленский, создавший при себе в Киеве «Ставку верховного главнокомандования» (фейкового главнокомандования, ведь настоящее – в Вашингтоне). Повторю: чем быстрее у нас поймут, что без ГКО или его полноценного аналога не обойтись, тем скорее покончим с позором покупки носков, трусов, бронежилетов и коптеров населением.

Третье. За предвоенные годы мы притерпелись к социальному расслоению,– хотя бы из понимания, что прошлого не вернешь, дороже встанет. Мы впереди планеты всей в списке миллиардеров «Форбс». Но это в дни мира, а не войны. Пришла пора и олигархам отвечать по обязательствам. Несомненно, у Владимира Путина есть возможность спросить кое у кого и он спрашивает. Есть такие, как Пригожин. Но где патриотические, как на Украине, материальные жертвы большинства хозяев самых длинных яхт, автомобилей и вилл? Где они сами, публично выступающие с этим по телевидению?

Ах, за рубежом? Да еще изо всех сил бьющие себя в грудь «принять участие в восстановлении Украины»? Отберите у них все в России, как эфир у Максима Галкина.

Четвертое. Мы негодуем из-за ошибок и головотяпства военкоматов, призывающих не тех, кто нужно. Пустившись в оправдания, как несомненное достоинство нашей частичной мобилизации преподносим открытые границы с Грузией, Казахстаном и др., через которые, особенно в первые дни, потоком устремились дезертиры. Склад велосипедов на КПП «Верхний Ларс», взлетевшие до небес цены на авиабилеты в Ереван, расцвет услуг на границе с Казахстаном – ежедневный позор нашего «Русского мира». Мне говорят: пусть катятся, мы с них потом спросим. Нам сейчас не до «потом». Дело не в персональной судьбе дезертиров, а в попустительстве им, которое больно отражается на мотивации тех, кто идет Родину защищать. Наши так называемые союзники в некоторых странах СНГ должны знать, что благодарностей за прием наших дезертиров они от нас не дождутся – пусть ищут ее в посольствах Украины, США и стран Запада. Кстати, о союзниках. Глупо с нашей стороны требовать от них многого. Не тот случай и не те союзники. Пусть хоть не мешают. Но ведь мешают! И как только пытаешься призвать к порядку Казахстан ли, Азербайджан или кого-нибудь еще,– сразу, как муть со дна, поднимаются доморощенные защитники: «Не моги называть вещи своими именами»! Поздно, дорогие, пить боржоми. Выберите, в конце концов, себе приоритет: говорить правду или ехать на отдых в Казахстан.

И, наконец, последнее. Нас упорно втягивают в разговоры об атомной войне, возможности «тактического» ядерного удара. Я понимаю, что Верховный время от времени не может не напоминать Западу, что Россия – ядерная держава. Но я также понимаю, что никакого смысла, не говоря уже о морали, инициировать ядерный апокалипсис у России нет. Такой удар по Украине был бы ударом по России. Никаких больше «блицкригов» и «чудо-оружия» в этой войне нет. А есть воля, терпение, кровь, слезы и Победа.

Константин Затулин,

депутат Государственной Думы Российской Федерации