Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

К.Затулин: «Референдум о независимости Черногории создает повод для проведения подобных референдумов в непризнанных государствах», «Регнум»


Состоявшийся 21 мая 2006 года референдум о независимости Черногории, а также его возможные последствия для непризнанных государств постсоветского пространства прокомментировал 24 мая 2006 года корреспонденту ИА REGNUM директор Института стран СНГ, член комитета Госдумы РФ по делам СНГ и связям с соотечественниками Константин Затулин:

«Референдум о независимости Черногории создает повод для проведения подобных референдумов в непризнанных на сегодняшний день миром государствах. И это не только Приднестровье, Южная Осетия, Абхазия и Карабах, но и целый ряд других территорий, которые явно тяготятся своим нынешним положением. Например, Республика Сербская в Боснии и Герцеговине.

Что касается поводов для проведения таких референдумов, то у Абхазии, Южной Осетии и Нагорного Карабаха их не меньше, чем у Черногории. Ведь эти территории были автономными республиками и областями, имели свои суверенные права по законодательству СССР, которые были нарушены при распаде Союза. Соответственно, сегодня повторение в этих республиках черногорского сценария не исключается, что, кстати, явствует и из заявления президента Абхазии Сергея Багапш. Я убежден, что мировому сообществу очень сложно было бы сегодня объяснить: почему Черногория имеет право на независимость и даже на аплодисменты Госдепа США, а, вот, скажем, Абхазия не имеет такого права? И что, кроме геополитического контекста и предвзятости позволяет в одном случае признавать, а в другом не признавать такого рода эксперименты?

Я думаю, что для полноты картины в Южной Осетии должны были бы учесть голоса грузинского населения, живущего в селах вокруг Цхинвала и других городах. А в Абхазии сделать попытку предложить участие в референдуме беженцам, не всем, но, по крайней мере тем, которые смогут доказать факт своего довоенного пребывания в Абхазии. Уверен, что Грузия, безусловно, будет противиться этому референдуму и даже беженцам не даст такой возможности. Это лишний раз подчеркнет предвзятость Грузии и, в данном случае, будет лить воду на мельницу абхазского референдума.

Что касается поведения России в этой ситуации, то нам сейчас необходимо понимание того, что право народов на самоопределение не должно носить инструментальный характер, как это происходит и у нас, и во всем мире. Мы все любим откладывать, на завтра, на потом. А между тем, повод Черногории может быть использован в течение какого-то не очень длительного времени. После чего все это будет подернуто тиной забвения, и сам повод, и актуальность такого референдума будут сведены на нет. Такая опасность существует, поэтому надо поторопиться. Некоторые наши структуры в Совете безопасности и некоторых отделах МИД населены такими «медлителями», которые никогда ни к чему не готовы, и всегда говорят: «Лучше завтра и не при нас».

Между тем успех референдумов в непризнанных государствах будет зависеть не только от того, как они пройдут, но и от того, будут ли они признаны. И уж некоторые из государств СНГ, на мой взгляд, способны повлиять на ситуацию и добиться признания этих референдумов. При наличии целенаправленной работы нашей дипломатии это возможно, потому что ни абхазская, ни осетинская дипломатия не способны добиваться этого без нашей поддержки на серьезном международном уровне».

/