Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Написать письмо депутату

Выберите приемную:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Константин Затулин — о причинах и последствиях отмены югоосетинских президентских выборов


газета «Известия»

Отмена результатов выборов неминуемо приведет к обвинениям, что у победителя крадут победу. Я думаю, что будет определенный «наезд». Чем это в данном случае завершится?

С другой стороны, люди, которые настаивают на этом, совершенно свято убеждены, что имели место грубая фальсификация итогов выборов, запугивание Центризбиркома. Они в этом уверены. Считают, что если они все это съедят, пропустят без внимания, то в этом случае манипуляции продолжатся.

В конечном счете любой югоосетинский президент будет ориентироваться на Россию. Другое дело, что в России есть конкретные лица, которые отвечают за то или иное направление политики. И, естественно, если они выбрали одного и вложили в это все свои усилия, познакомили его с президентом Медведевым и российский лидер поддержал между турами именно кандидатуру Бибилова, теперь меньше всего хочется, чтобы этот человек был объявлен проигравшим.

Мне кажется, что избирательная кампания и выборы президента — это финальный этап со своими обстоятельствами. Начало этого расхождения между желаемым и действительным было положено пару лет назад, когда все радовались по поводу признания Россией независимости Южной Осетии. Тогда у нас сочли, что нужно не только выделить средства, но и прислать в Цхинвал своих комиссаров. Эти комиссары, дескать, будут внимательно следить, чтобы деньги эти употреблялись по назначению. Эти люди не давали клятву, как первые большевики, верно служить народному делу. Именно они стали комиссарами, потому что именно их поставили на должности российские лица, уполномоченные принимать решения. Невозможно объяснить, за какие заслуги Вадим Бровцев стал премьером югоосетинского правительства и какие у него для этого основания. Кроме того, что он в доверительных отношениях с Министерством регионального развития.

После того как Бровцев стал премьером, через очень короткое время возник конфликт между президентом и правительством. Как можно идти на выборы в условиях, когда президент — в одну сторону, а правительство — в другую? И при этом каждая из сторон уже давно встроена во враждебные отношения. И каждая пытается обвинить другую, что именно она виновата в коррупции, в нереализованных ожиданиях, недостроенных объектах.

Почему несколько лет назад сочли, что обнуление авторитета действующего президента, с которым мы в 2008-м стояли плечом к плечу, которого мы признавали, с которым подписывали договоры, не будет чревато другими последствиями?

Что это за идея обязательно не допустить его на третий срок? Мы что, подобное решение только у себя дома считаем единственно правильным, когда создали тандем? Мы уже из этого выходим, и выходим не без потерь.

Кокойты, и я это знаю прекрасно, пытался добиться, чтобы ему дали возможность играть ту же роль, которую играет Путин. То есть остаться в Южной Осетии на роли реально управляющего лица. Премьера, например. Ему не дали этого сделать. А почему, на каком основании? Только на том, что мы доверяем обвинениям в его адрес? А таким же обвинениям в адрес другой стороны нет оснований доверять?

Возникла ситуация, когда было сознательно порождено отчуждение с президентом Южной Осетии. И он стал пытаться играть свою игру. Она начала на каждом этапе вызывать все большее и большее раздражение. И теперь уже хорошим тоном считается говорить о том, что он ведет себя непредсказуемо. А мы себя предсказуемо ведем? Мы с ним договаривались, мы его признавали. И мы его же и дезавуировали.

Одним из первых последствий событий, по моей точке зрения, безусловно после того, как будет решен вопрос о выборах – их признании или непризнании – должны быть приняты кадровые решения, связанные с отставкой правительства Южной Осетии. Поскольку оно абсолютно самоустранилось. Кабинет либо не обладает политическим авторитетом, либо не использует его, не несет никакой ответственности за происходящее. И в том, что произошли эти так называемые фальсификации, что возможно было запугивание членов Центризбиркома, естественно вина действующих властей Южной Осетии – и президента и правительства. Но президент все же несет свою долю: в случае признания или отмены результатов голосования он неминуемо должен будет уйти.

В этом случае должно уйти и правительство, которое не справилось со своими обязанностями. И делегированные туда из России люди должны быть отозваны. Я ведь до сих пор не получил ответ на публично заданный вопрос, на каком основании, за какие заслуги они туда назначены? Что они являются специалистами по Кавказу?

В Цхинвале смеются над премьером, который не в состоянии по-русски сказать связную фразу или что-то написать. Напомню историю с записью, которую премьер оставил в абхазском посольстве в книге соболезнований с грамматическими ошибками. Людей, которых Россия в 19-ом веке посылала на Кавказ – это были самые выдающиеся представители элиты. Пусть они были осужденными декабристами, но они были образованными людьми. А сейчас послали строителя, который устами своих пиарщиков считает, что ему, как профессионалу, все равно, где строить – в Казани, Уфе или Цхинвале.

Автор — директор Института стран СНГ

/