Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Константин Затулин: «Украинские националисты превратились в ярых унитаристов»


Игорь Сычев

Крымская правда

Идея федерализации постоянно присутствует в политической жизни Украины. «Федеративный проект» особенно популярен в регионах востока и юга страны. Понятно и то, почему это так. На протяжении всей истории независимой Украины экономические интересы, а также культурно-исторические особенности Донбасса, Харькова, Крыма, Одессы, промышленного Приднепровья не получили адекватного отражения как во внутренней, так и во внешней политике государства.
Гуманитарно-идеологическая сфера Украины и подавно отдана на откуп отъявленному национализму галицийского толка, что не может не вызывать отторжения у многонациональных и мультикультурных регионов востока и юга. Но что же мешает Украине обратиться к мировому опыту разрешения сходных проблем, чем богата история федеративных государств, и изменить соответствующим образом свое собственное устройство?
Об этом — интервью с директором Института стран СНГ, депутатом Госдумы Российской Федерации Константином Затулиным.
— Константин Фёдорович, пришло ли время подводить определённые промежуточные итоги построения федеративного государства в России? В какой мере опыт Российской Федерации на этом направлении может быть применён к условиям Украины?
— Федеративное государство — это динамично сочленяемая структура. Такая структура не может быть статичной, она находится в постоянном развитии. В какой-то период упор делается на региональное самоуправление, в другой — на централизацию функций.
Сейчас, как мне представляется, развитие российского федерализма миновало очередной пик централизации. Общественное мнение снова возвращается к идее избрания глав регионов непосредственно на местах. Возможно, верхняя палата Федерального Собрания также будет формироваться на основе прямых выборов. Но в любом случае вне подозрений основной принцип и смысл федерации — учёт особенностей и самобытности регионов, и параллельно с этим постоянный поиск баланса интересов: между правами и запросами регионов и необходимостью в развитии объединяющих общегосударственных начал.
Унитарное государство я бы сравнил, например, с волнорезом в виде сплошной бетонной стены. Такая стена, конечно, способна сдерживать удары волн, но лишь до поры до времени. Рано или поздно, но напор стихии создаёт в сплошном бетоне трещины, а затем и вовсе разрушает стоящую на его пути стену. Так и в унитарном государстве: динамичный поток событий и разноплановых интересов сначала разбивается о глухую стену унитаризма, но потом способен вызвать разрушение всего государственного строения. А вот федеративные государства по своей «конструкции» напоминают более гибкое устройство, лучше предназначенное для обуздания стихии. Это когда на берегу вместо бетонной стены выставляют габионы — металлические сетки, наполненные береговой галькой. Волны, накатываясь на габионы, хоть и проходят сквозь сыпучую гальку, но при этом теряют свою разрушительную силу. В результате как бы ни бушевало море, ни галька, удерживаемая сеткой, ни сам берег не размываются. Задача федеративного государства также заключается в том, чтобы энергию различных сил и интересов направлять в разумное, созидательное русло.
В России федеративное государство — не какое-то нововведение. Оно сложилось на основе как советского, так и дореволюционного опыта. И чрезвычайно важным представляется то, что и после 1991 года никто и никогда не ставил под сомнение принцип федеративного устройства государства. Партии, находящиеся на противоположных политических флангах, могли быть непримиримыми противниками в своих социально-экономических установках, но никто, даже самые крайние и бездумные национал-романтики, не выступал против федерализма как фундаментальной базы самого существования России. Любому непредубеждённому человеку понятно, что в российском государстве — при тех исторически сложившихся различиях в уровне развития регионов, разнице в их экономических, политических, национальных характеристиках — федеративное государство является жизненной необходимостью.
Надо также понимать и то, что федерализм не снимает, а, наоборот, повышает ответственность центра за состояние регионов.
В то же время федеративное государство является средством привлечения всех народов и территорий страны к общему делу, государственной стратегией, способствующей осознанию народами своей миссии в общеисторическом процессе.
При современном состоянии Украины федерализм позволил бы решать многие проблемы и делать это гораздо безболезненнее и проще, чем это происходит сегодня. К таким проблемам относятся вопросы языка и культуры, экономика и формирование бюджетов всех уровней, улучшение экологии, необходимость снижения напряжённости в политической и конфессиональной сферах. Но, к сожалению, на Украине президент Виктор Ющенко и его окружение саму идею федерализации отвергают, что называется, с порога, а сторонников федеративного устройства записывают в ряды сепаратистов и уголовников. Это довольно странно выглядит со стороны политиков, которые без конца декларируют свой европейский выбор, но почему-то не хотят извлекать уроки из реальной европейской истории. Не желают перенять у Европы такое ценное приобретение, как опыт развития больших и малых федеральных государств.
— Можно вспомнить и о том, что идее федерализации Украины не были чужды и некоторые идеологи украинского национализма, такие, как Владимир Винниченко и Вячеслав Черновол. Отчего же у современных украинских националистов одно лишь упоминание о федеративном устройстве Украины вызывает прямо-таки клиническое неприятие?
— Не будем ворошить времена Винниченко, но что касается Черновола, то его идея федеративной Украины появилась тогда, когда даже самые ярые из диссидентов националистического толка не верили в развал Советского Союза. Поэтому и федеративное устройство Украины они замышляли прежде всего для Галиции. Автономия Галиции должна была послужить для неё средством защиты не только от Москвы, но, что интересно, и от Киева, который националисты той поры также считали полностью советским или, как они ещё выражаются, «зросЁйщеним» городом.
Но в 1991 году лозунг федерализации Украины был очень быстро снят. Под воздействием эйфории, вызванной в общем-то нежданно свалившейся на них независимостью, националисты галицийского разлива вздумали перекроить на свой лад всю Украину. Вот и получилось, что вся история самостийной Украины — это история игнорирования прав и особенностей восточных регионов. Ни для кого не секрет, что ведомства, отвечающие за государственную политику в гуманитарной сфере, а также структуры, призванные защищать безопасность и целостность современного украинского государства, комплектуются в первую очередь за счёт выходцев из западных областей. Они и не скрывают, что хотят построить «Украину для украинцев».
Достижению этой цели, в частности, служит и языковая политика. Я не говорю даже об отказе в государственном статусе русскому языку, на котором говорит и который понимает большая часть населения. Возникла угроза для украинского языка, для которого сейчас характерно нашествие западных диалектов и полонизмов. Мне приходилось разговаривать с крупными специалистами по славянской лингвистике, и они в один голос утверждают: для жителей востока и юга Украины «реформируемый» таким образом украинский язык постепенно становится малопонятным. Он перестаёт быть языком, на котором писали свои труды Тарас Шевченко, Коцюбинский, Леся Украинка. В тот «новояз», который стремятся навязать Украине националисты, буквально впихиваются чуждые классическому украинскому языку термины, несвойственные ему речевые и стилистические обороты.
Хорошо известно средство, способное поставить заслон этой крайне неразумной политике. Это средство — последовательно осуществляемый принцип федеративного устройства Украины. Вот в чём причина яростного неприятия федерализма украинскими националистами, пробующими себя в роли языковых колонизаторов и культуртрегеров. Им очень хочется, чтобы восточные и южные регионы Украины продолжали исполнять роль экономических доноров государства, но при этом оставались статистами, если не подозреваемыми в делах политических и культурных. Украинские националисты превратились в ярых унитаристов. Но если на Украине в высших сферах государственной власти всё же утвердятся люди, представляющие многонациональные и индустриальные регионы Украины, то вопрос о федерализации страны должен будет вернуться в повестку дня. Ведь Украина изначально состоит из различных цивилизационных частей. Федерация — это спасение для единства Украины, путь к сохранению исторической и культурной самобытности регионов.
— Лозунги федеративного устройства Украины в период последней избирательной кампании присутствовали в программах многих политических партий.
В том числе и тех, которые одержали победу в регионах востока и юга. Но почему, когда эти партии оказались в правительстве, они о своих обещаниях позабыли?
— Конечно, реальность, которую мы наблюдаем после парламентских выборов 2006 года, способна вызвать определённое разочарование. Многое из того, что было поднято на предвыборных знамёнах, сейчас отодвинуто в сторону. Как я уже говорил, опыт России свидетельствует о том, что федерализм — это постоянно продолжающийся, динамичный поиск компромисса между интересами центральной власти и интересами регионов. На Украине сторонникам достижения федеративного компромисса между центром и регионами надо быть более активными. Было бы ошибкой утверждать, что им пристало быть тише воды, ниже травы. Да, политика, ведущая к компромиссу, должна быть разумной и взвешенной. Но кто сказал, что ей запрещено быть настойчивой и смелой? Сторонники федерализма должны отстаивать свою позицию с чувством и страстью. Лучшие из них так и поступают, потому и подвергаются всевозможным нападкам. Достаточно вспомнить о тех обвинениях, которые были выдвинуты против покойного Евгения Кушнарёва, или о том, что говорил в Донецке в 2005 году по адресу сторонников федерализации сам Виктор Ющенко.
Партия регионов, даже исходя из одного своего названная, обязана гибко и в то же время последовательно отстаивать интересы территорий. Здесь не нужно бояться никаких обвинений в сепаратизме. Особенности исторического развития Украины, обстоятельства формирования её современной территории таковы, что настоящими патриотами Украины являются как раз те, кто выступает за федерализацию. Политика федерализации Украины — это и есть политика разума, умение видеть исторические реалии в их истинном свете.
— Некоторые руководители и политики из регионов востока и юга не прочь порассуждать о децентрализации государственного управления, о расширении прав регионов. Но послушаешь такие рассуждения, и приходит мысль, что и процесс федерализации они представляют в виде какой-то идиллии, которая превратит Украину в подобие Германии или Швейцарии. Не является ли такой словесный федерализм не только непоследовательностью, но и удобным способом самообмана, которому охотно подвергают себя определённые политические силы?
— Многие руководители и политики в восточных и южных регионах Украины — это бывшие советские чиновники последнего поколения. Они с большим трудом расстаются с навязанными им идеями и стереотипами кабинетного мышления. Правда, это черты политического сознания, точнее, бессознательности, присутствуют не только на Украине. Они есть и в России, и в других постсоветских государствах. Но даже зная цену той политической маниловщине, о которой идёт речь, я не хотел бы выглядеть профессиональным пессимистом. Считаю, что политические катаклизмы, происходящие на Украине, способны послужить лучшими университетами для бывших чиновников, которым сегодня пока не хватает исторической и политологической грамотности.
Недостаточная активность сторонников федерализации и неприкрытая агрессивность националистов способны привести Украину к очень печальным последствиям. Урок, который следовало бы извлечь из почти уже семнадцатилетней истории самостийной державы, состоит в том, что на унитарной Украине не решается ни один из базовых вопросов существования государства Украина как такового.
/