Поделиться


    Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

    Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность и Условия использования

    Оставить наказ кандидату

      Выберите округ:


      Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

      Написать письмо депутату

        Выберите приемную:


        Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

        На страницу депутата
        от Сочинского округа
        На страницу кандидата
        по Сочинскому округу

        «Нас испытывают на прочность» – Константин Затулин

        Источник: ПолитНавигатор

        США и страны Запада пытаются ослабить Россию и заставить ее переключиться с внутренних проблем на внешние. Отсюда и участившиеся провокации у ее границ, в том числе давление в Черном море через самые масштабные за 20 лет учения «Си Бриз» и недавнее нарушение территориальных вод британским эсминцем.

        Россия на это реагирует так, как должна – ей не нужно отвечать на «мелкие укусы», в том числе и со стороны Украины, и топить корабли-нарушители в ответ на провокации.

        Об этом в интервью «ПолитНавигатору» заявил депутат Государственной думы РФ, директор Института диаспоры и интеграции (Института стран СНГ) Константин Затулин.

        ПН: В этом году учения «Си Бриз» в Черном море наиболее масштабные за всю их историю. Для чего такие силы переброшены, к чему готовится НАТО и Украина?

        К.З: Украина, как известно, под внешним управлением. Поэтому готовится она или готовят ее – зависит не столько от нее, сколько от других. Что касается НАТО, то Альянс демонстрирует свой флаг и нагнетает напряженность.

        Из этого вовсе не следует, что НАТО неминуемо вступит в Третью мировую войну, но это означает, что нас испытывают на прочность, пытаются переключить наше внимание с внутренних на внешние проблемы, с проблем экономики на проблемы безопасности и так далее. Вот, чем занимается НАТО в этом случае в Черном море.

        ПН: Многие считают, что мы лишь сотрясаем воздух и не реагируем на провокации Запада так, как это бы стоило делать. Почему с нашей стороны идет лишь реакция – и нет жестких действий, чтобы предотвратить провокации в будущем.

        К.З: А какие жесткие действия вы предлагаете? Вы предлагаете, на всякий случай, как это предлагал Суворов, начать первыми? То есть, ответим на их провокацию своим наступлением? Я думаю, что это глупость, потому что, во-первых, всякая реакция должна быть адекватной.

        Исходить надо из того, что мы не заинтересованы ни в каких конфронтациях и защищаем то, что считаем правым делом. Честно говоря, попытки эсминца «Дефендер» идти российскими водами были пресечены. Кому-то это кажется недостаточным, потому что ему очень хочется увидеть какое-нибудь морское сражение. Я думаю, что чем меньше будет оснований и поводов для такого сражения, тем лучше. А тренировать патриотизм можно другими способами.

        ПН: Тем не менее, на Украине не обращают внимания на призывы из России – можно вспомнить хотя бы заявление Госдумы и президента РФ по поводу украинского закона о коренных народах, лишившего такого статуса русских…

        К.З: То, что на Украине не обратят на это внимания, было заранее ясно, поскольку Украина нынешняя враждебна России. Я думаю, что и желанием досадить России, создать поводы для обсуждения «Крымской платформы» и так далее, на Украине совершили страшную глупость по отношению к собственному развитию. Потому что породили, как бы того ни не хотели, у многочисленных наций и народностей на Украине подозрения в том, что они второсортны. А это подозрение может вылиться в самые разные последствия.

        ПН: Как вы считаете, должен ли президент России в такой обстановке встретиться с руководителем Украины Владимиром Зеленским?

        К.З: Президент Российской Федерации никому ничего не должен. Президент может встречаться и с президентом Украины, и с кем угодно, если он сочтет это нужным для национальных российских интересов. Он об этом и сказал – вот и все.

        ПН: Почему недавняя встреча Путина и Байдена не принесла видимых результатов, а, наоборот, наблюдаем эскалацию с НАТО.

        К.З: Я не понимаю, какие видимые результаты вы ждете. Заранее было известно, и всем было сказано, что ожидать манны небесной сразу после встречи невозможно. Налаживается какой-то разговор, этот разговор имеет свои пределы возможностей. Но однозначно, с этим разговором лучше, чем без него. Если кто-то ожидал увидеть колбасу дешевле в магазинах после встречи Путина с Байденом, то это не по адресу просто.

        ПН: Возвращаясь к упомянутой вами «Крымской платформе», которую создают на Украине, – насколько это важное мероприятие и как реагировать России?

        К.З: Я считаю, что реагировать надо на соответствующем уровне. Это не значит, что мы на каждый финский нож должны бросаться с криком «За Родину!», но я, например, заранее запланировал провести 27-го июля в Севастополе конференцию Института стран СНГ, где мы будем обсуждать всю эту возню вокруг «Крымской платформы».

        Мы, безусловно, должны на своем уровне реагировать, просто так же, как в случае с «Дефендером», на вхождение его на три километра в российские территориальные воды не надо отвечать атомной бомбардировкой Лондона. Так же и в случае с Крымской платформой, на заявленную платформу не следует собирать народное вече. Научная или экспертная конференция, мне кажется, вполне подходящий формат.

        ПН: И под конец – вы являетесь активным сторонником выдачи российских паспортов бывшим соотечественникам, проживающим за рубежом. Как сегодня оценить этот процесс, каковы его темпы?

        К.З: Я считаю, что паспортизация должна быть интенсифицирована. И для этого есть резервы, я поэтому предложил свой закон о репатриации. Но при этом надо понимать, что подлинное развитие этой идеи, конечно, взаимосвязано с успехами России во внутренней и внешней политике, с подъемом нашей экономики и так далее.

        Мы развиваем эту паспортизацию, но в условиях пандемии, санкций и всего остального есть свои проблемы. Тем не менее, она развивается, в отличие от идеи господина Зеленского собрать 80 миллионов украинцев, которых он насчитал. Я что-то не слышал, чтобы кто-то рвался в украинское гражданство, в отличие от российского.

        /