Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Республика Казахстан и интересы России


Независимая газета

Александра Викторовна Докучаева — ведущий специалист  Института стран СНГ

Андрей Валентинович Грозин — зав. отделом Центральной Азии Института стран СНГ

Константин Федорович Затулин — директор Института стран СНГ

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Динамика основных экономических составляющих

РЕСПУБЛИКА Казахстан встретила пятилетний юбилей своей независимости в глубоком социально-экономическом кризисе. Объем ВВП к концу 1996 года составил 46% от 1990 года, по этому показателю республика откатилась к 1981 году. Структура экономики все больше приобретает сырьевой характер. Если еще в 1990 году в структуре промышленности КазССР машиностроение, металлообработка, легкая и пищевая промышленность составляли 52%, то в 1996 году — 19,7%. В то же время заброшены и вымирают целые города, выстроенные возле рудников и обогатительных фабрик, не попавших в поле зрения иностранных инвесторов.

Продолжается спад в сельском хозяйстве. Роспуск совхозов и колхозов привел не к ожидаемому подъему эффективности, а к сильнейшей депрессии производства. Так, в традиционной для Казахстана отрасли, в овцеводстве, поголовье составляет по сравнению с 1992 годом 40,4%. Из года в год сокращаются посевные площади.

Но руководство республики утверждает, что «Казахстан первым преодолел пик реформ» (а вместе с ним и пик кризиса, как полагает автор недавней статьи в «НГ», 06.05.97). В подтверждение этому приводится то, что впервые за последние пять лет приостановлен спад объема ВВП, по сравнению с 1995 годом отмечено увеличение на 1,1%. Рост физического объема промышленной продукции в основном фиксируется в ориентированных на экспорт добывающих отраслях экономики топливной, и прежде всего в нефте- и угледобывающей, добыче марганцевой руды, бокситов, глинозема, производстве стали, рафинированной меди, губчатого титана и серебра. Тогда как в перерабатывающих отраслях промышленности, в основном ориентированных на внутренний рынок, спад производства продолжает нарастать — в целом по промышленности он составляет 6,0%.

В 1996 году значительно возрос по отношению к 1995 году внешний товарооборот, товарный экспорт составил 134% (4,8 млрд. долл.), импорт — 130% (2,2 млрд. долл.). Товарная структура экспортных поставок носит сырьевой характер.

Правительство Казахстана интенсивно ищет способ выхода продукции минерально-сырьевого комплекса республики на западные рынки. В феврале 1997 года сняты антидемпинговые ограничения на продажу казахстанского бериллия на мировом рынке, раньше решен вопрос по урану и титану. На рынке цветных и редких металлов потенциал Казахстана очень высок. На территории СССР республика была крупнейшим производителем этого ценного сырья, являясь монополистом в производстве бериллия, хрома. В Казахстане производилось 70% союзного объема свинца, более половины цинка, вольфрама, серебра и урана.

Во внешней торговле доля стран СНГ пока преобладает. Россия остается крупнейшим торговым партнером Казахстана. В общем товарообороте в 1996 году доля Российской Федерации составила 49% (остальные страны СНГ — 13%, страны дальнего зарубежья — 38%).

Во многом росту взаимной торговли способствовало заключение Таможенного союза. Но не все идет в соответствии с договоренностями: с 1 января 1997 года Казахстан в одностороннем порядке начал взимать НДС с товаров, ввозимых из СНГ. Это значительно снижает конкурентоспособность российских товаров на казахстанском рынке и может существенно уменьшить объемы российско-казахстанской торговли.

К 1995 году стало ясно, что «народная» приватизация через розданные населению приватизационные купоны (ПИКи — казахстанские ваучеры) провалилась, тогда главная ставка в реформировании собственности была сделана на передачу предприятий в собственность иностранным компаниям, которым проданы или переданы в управление ( с последующей продажей) основные гиганты казахстанской индустрии в руднодобывающей и металлургической промышленности (Соколовско-Сарбайский, Донской ГОКи, Карметкомбинат, Ермаковский ферросплавный завод, АО Джезказганцветмет, Усть-Каменогорский свинцово-цинковый и Зыряновский свинцовый комбинаты), энергетики (Экибастузская ГРЭС, Карагандинская ГРЭС, Алма-атинская ГРЭС). Сейчас разворачивается борьба за нефтегазовый комплекс, который в марте 1997 года президент Назарбаев вывел из-под контроля премьер-министра, учредив своим указом акционерное общество «Национальная нефтегазовая компания «Казахойл» вместо Министерства нефтяной и газовой промышленности.

Государство ударными темпами освобождается от собственности. И инвестиции идут в Казахстан, поскольку уровень доходности составляет 50% по сравнению с 10-15% в других странах. (Хотя риск высок. «И он связан не с налогами, а с проблемой частной собственности, валютного режима, законодательства и персонами, которые координируют эту деятельность», — так характеризует ситуацию директор департамента Европы и Центральной Азии Всемирного банка г-н Хуанг.) В частную собственность уже передано, по одним источникам, — 81% (Нурсултан Назарбаев), по другим — 90% (Аман Тулеев) промышленных предприятий. Иностранные инвестиции в экономику республики за период с 1.01.93 по 1.04.96 (по данным Госкомстата РК) составили 5,9 млрд. долл., из них — прямые инвестиции составляют 49,2%, займы — 22%. Крупнейшим инвестором выступают США — 54%, затем идут: Великобритания — 6,8%, Турция — 6,6%, которая зримо присутствует в казахстанских городах, строя фешенебельные здания. Южная Корея — 5,7%, Франция — 3,1%, Япония — 2,7%.

Основные инвестиции поступают в минерально-сырьевой комплекс. В добывающих отраслях 85% инвестиций — иностранные, из них 60% — углеводородное сырье, 36,5% — твердые полезные ископаемые. Все больший интерес проявляется к разведке полезных ископаемых. Сейчас поисковыми работами, выполняемыми по лицензиям, охвачено 60% территории Казахстана. В 1996 году преодолен спад в выполнении геологоразведочных работ, объем инвестированных средств сравнялся с 1992 годом. Тогда монополия в этой отрасли принадлежала государству (иностранные инвестиции составляли менее 1%). В 1996 году вложено около 3 млрд. долл., из них иностранные инвестиции составляют 82% (Россия в них не присутствует). Самым активным инвестором в геологоразведку является Япония.

В 1992-1993 годах Россия проявляла интерес к вопросам приватизации, о чем можно судить по тому, что был составлен реестр казахстанских предприятий, представляющих интерес для России. Судя по результатам приватизации, реестр оказался невостребованным. Как остались без результата обращения руководителей и трудовых коллективов казахстанских предприятий в российское правительство с просьбами взять под свое крыло эти предприятия.

Примером тому Степногорское АО «Прогресс», комбинат с уникальными биотехнологиями, интерес к которому проявляло РАО «Биопрепарат» (с ним Степногорский комбинат был во времена СССР в едином комплексе). Вопрос об участии России в какой-либо форме в приватизации АО «Прогресс» прорабатывался и в российском правительстве, и в казахстанском. Была выражена заинтересованность и тех, и других, но дальше дело не пошло. Сейчас АО «Прогресс» умирает, на современнейшем гиганте работает только небольшое спиртовое производство.

Просачиваются сведения, что российский теневой капитал участвует в приватизации казахстанской промышленности через иностранные фирмы, зарегистрированные в оффшорных зонах. Но присутствие России среди инвесторов не заметно, ее место — за пределами первой десятки.

Металлургическая промышленность России, остро нуждающаяся в казахстанских хромовых рудах, меди, свинце, титане, сейчас полностью зависит от инофирм, ставших хозяевами в Казахстане. Опыт участия России в казахстанской приватизации не очень утешителен. Например, РАО «ЕЭС России» еще не стало полноценным владельцем одного из четырех экибастузских угольных разрезов, который приобретен в 1996 году в счет долга Казахстана за электроэнергию, но уже прорабатывается вопрос об отмене тендера и передаче разреза американским фирмам.

Казахстанское руководство не идет навстречу российским интересам в вопросах приватизации, поскольку Россия не может расплачиваться наличными, а предлагает в качестве оплаты скостить казахстанский долг, который на 1 января 1997 года составлял 2332 млн. дол., в том числе по государственным кредитам -1765 млн. долл. Но казахстанская сторона не признает за собой долга и, более того, обвиняет Россию в задолженности за аренду Байконура в сумме 448 млн. долл.

У иностранцев, «осваивающих» сейчас Казахстан, нет намерений вкладывать деньги в высокие технологии. Да они и не скрывают, что пришли в республику заработать, пока это выгодно. Новых хозяев не беспокоят социальные последствия их деятельности. Инвесторы не спешат вкладывать средства в развитие производства. Небольшой рост сырьевых отраслей основывается на использовании имеющихся мощностей путем финансирования оборотных средств и заработной платы. Инвестиции в основной капитал по-прежнему уменьшаются.

Негодование алмаатинцев вызвало двойное повышение тарифов на электроэнергию с 1 апреля 1997 года, проведенное фирмой «Almaty Power Consaledated», управляемой бельгийской компанией «Traktebell», хозяином Алма-атинской ТЭЦ. «Ivedon International», владеющая Соколовско-Сарбайским объединением, начала добычу руды методом перехода на высокие уступы при минимальных финансовых затратах. Южно-корейская «Samsung» разрабатывает в Джезказганской области только сверхмощные залежи меди с содержанием металла 1,8 — 2%, а остальное теряется. Над всеми предприятиями висит угроза резкого сокращения штатов, при котором будут выброшены на улицу тысячи людей.

Результаты деятельности иностранных «калифов на час» вызывают все большую тревогу в казахстанском обществе. Как говорят некоторые российские аналитики, сейчас уже возникает вопрос: «А нужно ли России сохранять свое присутствие в Казахстане для поддержания условий функционирования иностранных компаний?» Но очевидно, что при всех потерях, которые понесла Россия, Казахстан — слишком важный регион, чтобы отвечать на этот вопрос отрицательно.

Социальная сфера

В настоящее время на приватизированных предприятиях работает 44% занятых в производстве. Средний заработок в промышленности около 110 долл. (второй в СНГ после России), но среднедушевой доход всего лишь около 34 долл., что меньше стоимости минимального продовольственного набора (38 долл.).

Основная масса казахстанцев не видит отдачи от приватизации. Кризис экономики сопровождается глубочайшим социальным кризисом: долги по зарплате и пенсиям превысили 1 млрд. долл., резко снизились государственные расходы на образование, медицину. Растет преступность. Количество тяжких преступлений возросло с 1990 года в 2,5 раза.

Средняя продолжительность жизни казахстанского населения продолжает сокращаться и составляет 60,7 года для мужчин и 71,1 года для женщин.

Тем не менее, по новому закону пенсионный возраст был поднят на 3 года и составил для мужчин 63 года, и теперь среднестатистический мужчина умирает за два года четыре месяца до пенсии.

Продолжает расти безработица. Ее уровень за первое полугодие 1996 года увеличился в 1,5 раза по сравнению с аналогичным периодом 1995 года. На начало 1997 года, по официальным данным, безработица охватывает 4,4% трудоспособного населения. Разваливается коммунальное хозяйство, кризис которого привел прошедшей зимой в Кокчетаве к «замораживанию» всего областного центра. Реформа коммунальной системы, которую президент Казахстана отнес к одному из больших успехов, привела к социальному конфликту, который вывел на митинг 30 мая тысячи алмаатинцев, получивших счета за коммунальные услуги, составляющие 120-150% средней пенсии. Под натиском недовольного населения правительство вынуждено отложить повышение цен.

Об обострении социальной напряженности свидетельствуют многочисленные акции протеста, прошедшие в 1996 году по всей территории республики. В 1996 году еще быстрее, чем это шло в предыдущие годы, произошло падение рейтинга всех структур и персоналий власти и, наоборот, существенно вырос авторитет оппозиции. Это подтверждают регулярные экспертные опросы газеты «Панорама» — отнюдь не оппозиционного режиму, респектабельного издания.

Демографическая ситуация. Миграция В 1989 году население республики насчитывало 16,46 млн., из них казахов — 6,53 млн. (39,7%), русских — 6,23 млн. (37,8%). Кроме казахов и русских в Казахстане проживают представители еще 100 этнических групп. Среди них наиболее крупные: немцы (5,8%), украинцы (5,4%), узбеки (2,0%), татары (2,0%), белорусы (1,1%). За восемь последних лет численность казахов увеличилась почти на 1,5 млн., а русских стало меньше более чем на 800 тыс. На начало 1996 года из 16,46 млн. населения Казахстана около 8 млн. (48,1%) составляли казахи, 5,6 млн. (34,1%) — русские, в том числе около 10 тыс., имеющих российское гражданство. Немцев выехало за восемь лет более 570 тыс. человек, осталось 387,5 тысяч, число украинцев уменьшилось на 100 тыс., узбеков стало больше на 50 тыс., татар и белорусов стало меньше на 15 тыс. человек.

Отток русского и русскоязычного населения продолжается. Продолжается и общая убыль населения Казахстана, которая за 1995 год составила 19 человек на каждую тысячу. При этом максимальная убыль отмечена в Кокчетавской области — 34/1000, Северо-Казахстанской — 33/1000, Акмолинской — 31/1000, Павлодарской — 28/1000. Как и в прежние годы, основной поток миграции направлен в Россию — 60,5% отъезжающих, в Германию — 30,4%, на Украину — 2,2%, в Узбекистан — 2,1%. Отрицательное сальдо внешней миграции было максимальным в 1994 году — 410387 человек, в 1995 году снизилось до 238 495 человек, в 1996 году — до 175 538 выехавших.

Процесс миграции приводит к весьма желательному для национальных государственников увеличению доли «титульного» населения, о чем, значительно завышая реальные цифры, извещает президент Казахстана в своих интервью российским журналистам. Казахи составляют большинство только в восьми из четырнадцати областей республики. И после изменения в административно-территориальном делении, которое привело к «разбавлению» нетитульного населения, неказахов в Кустанайской области проживает более 70%, в Северо-Казахстанской, Акмолинской, Карагандинской, Павлодарской, Восточно-Казахстанской областях и городе Алма-Ате — более 50%.

Настроения и ориентации русского населения Казахстана Причинами отъезда потенциальные мигранты наиболее часто называют: этнические мотивы (31,9% опрошенных); экономические мотивы (31,4%); опасения за будущее детей (30,6%); изоляция, оторванность от России (28,2%); отсутствие перспектив, неуверенность в будущем (21,1%). При этом подталкивают к отъезду одновременно несколько причин. «Чисто экономическая миграция» составляет не более 5% потенциального оттока из Казахстана.

Миграционные настроения среди русских очень высоки, по данным опросов, в 1994 — 1996 годах лишь каждый пятый респондент твердо решил оставаться в Казахстане. Среди тех, кто думает об отъезде, 15,5% не останутся ни при каких условиях, но 78,3% респондентов могут изменить свои намерения при изменении условий: при улучшении этносоциальной ситуации (67,2%), в том числе при устранении причин этнического дискомфорта (59,9%), при введении второго государственного языка (41,1%), при устранении дискриминации прав (30%); в случае интеграции с Россией, преодоления оторванности от России (73%), в том числе при решении проблем гражданства (58,9%); при улучшении экономической ситуации (44%), но при этом нет никого, кто бы пересмотрел свое решение только при улучшении материального положения. Эти данные опровергают пропагандистские усилия казахстанского руководства представить ситуацию в республике как равную для всех этнических групп. После пика 1994 года (когда республику покинули только русских 251 934 человека) поток схлынул. Но уменьшение миграции не означает снижения миграционных настроений, а связано с ухудшением материальных возможностей для переезда, в частности из-за постоянно растущих «ножниц» в стоимости жилья в Казахстане и в России. Русские характеризует ситуацию так: «уезжать — уже поздно, а бежать — еще рано». Подобные отложенные миграционные настроения не способствуют врастанию русских в новую казахстанскую жизнь. Рассчитывать на их активное участие в казахстанской жизни можно только при условиях повышения их социального статуса и улучшения морально-психологического самочувствия.

Резкая депрессия русского населения отражается в данных по рождаемости и смертности населения. Так, например, в Восточно-Казахстанской области в 1996 году на 1000 человек русских родилось 7,8, что в 2,3 раза меньше, чем казахов, а умерло 15,2 человек из 1000, что в 1,6 раза больше, чем казахов, то есть на каждую тысячу казахского населения прибавилось 8,5 человека, а из каждой тысячи русских убыло 7,4 человека только из-за «естественных» причин (при этом в среднем по области наблюдается небольшой естественный прирост населения 3,3/1000, что близко к среднереспубликанской цифре).

Русское население находится под постоянным психологическим давлением. Даже программы, объявляемые с целью укрепления дружбы народов суверенного Казахстана, всякий раз оборачиваются унижением русских. Так происходит и в Год общенационального согласия и памяти жертв политических репрессий, которым по специальному указу президента объявлен 1997 год. Государственная идеологическая машина работает на полную мощность, чтобы обратить взоры людей в годы сталинских репрессий, привязать сегодняшние проблемы к «тяжелому колониальному наследию». При этом за Россией закрепляется образ «врага», а на русских возлагается ответственность за беды казахского народа.

В Казахстане вновь звучат голоса о необходимости русским покаяться за все, происходившее раньше. Тех, кто создал индустрию республики, возвел ее города, вспахал целину, лечил и учил казахское население, пытаются превратить в «шовинистов» и «колонизаторов». Продолжается казахское «топонимическое давление»: с карты республики и с планов городов стираются русские названия. Сносятся памятники русской и советской истории. Накануне празднования 31 мая 1997 года Дня памяти жертв политических репрессий «репрессирован» — снят памятник первоцелинникам «Главный трактор целинной степи К-700», стоявший в центре Акмолы. Продолжается этноориентированная кадровая политика. Во властных структурах обеспечено квалифицированное большинство представителей титульной нации, в силовых структурах кадровая политика уже давно привела к значительному преобладанию казахов. Например, в Кокчетавской области каждый третий мужчина-казах трудоспособного возраста работает в органах МВД. Периодически провозглашаются кампании против «красных директоров», остатков русского директорского корпуса. Хотя в высшем эшелоне власти русские фамилии встречаются довольно часто (например, среди министров и их замов 14 славян), на нижних этажах властной пирамиды этнический состав значительно однороднее.

Нарастает давление с целью ограничения применения русского языка в республике. Сокращение расходов на образование сказывается в первую очередь на русскоязычных школах, на русскоязычных отделениях вузов республики. Уменьшаются объемы вещания на русском языке на радио (осталось около 10%) и телевидении (осталось менее 50%). Принятие в феврале 1997 года закона о языках не сняло проблему. После горячих дискуссий в обществе и парламенте прямой запрет на профессии по незнанию казахского языка снят. Определение объема и сроков овладения казахским языком для работающих отдано в ведение правительства и поставлено в зависимость от материальных условий, созданных для изучения языка. Но требование обязательного знания языка по-прежнему висит дамокловым мечом над всеми иноязычными. Президент Казахстана вновь притормозил утверждение закона о языках, вызывающего протест со стороны русских организаций, направив его в Конституционный совет.

Очевидно, что решение Конституционного совета будет зависеть от установки президента, который в преддверии выборов 2000 года вынужден прислушиваться к русскоязычному большинству своих избирателей.

В настоящее время наблюдается снижение межнациональной напряженности между казахами и русскими. Казахи, разочарованные плодами суверенного существования, проявляют все большее понимание проблем, поднимаемых их русскими земляками. Безработица, невыплаты пенсий и зарплат и для русских являются наиболее больными проблемами. Там, где люди обеспечены работой (Соколовско-Сарбайский комбинат, Карметкомбинат), политическая активность парализована. Угроза потерять работу заставляет людей демонстрировать лояльность. Но и при этом свои долгосрочные надежды русские связывают с переездом в Россию.

Как показали результаты этнополитических исследований, русское население связывает упрочение своего положения в Казахстане также с политическим решением двух проблем: приданием государственного статуса русскому языку, решением вопросов гражданства (в том числе введением двойного или второго гражданства). Славянскими организациями также ставится вопрос о культурно-национальной автономии в регионах с преобладанием русского населения. Отдельными радикальными группами провозглашается лозунг федерализации Казахстана.

ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Власть Сложившаяся политическая система Казахстана имеет выраженный авторитарный характер. Президент, и по Конституции, и фактически, является не только главой исполнительной власти, но и главой государства. Все прочие институты официальной власти находятся в подчиненном или зависимом от него положении либо прямо, либо косвенно. За годы суверенного существования республики система власти претерпела несколько трансформаций. Верховный Совет Казахстана, принявший первую Конституцию суверенного государства, был «самораспущен» в 1993 году, когда в его структуре была создана Контрольная палата, возглавляемая одним из первых открытых оппонентов президента — Газизом Алдамжаровым, а новый спикер — Серикболсын Абдильдин стал вести себя как самостоятельная политическая фигура. Вновь избранный в 1994 году Верховный Совет получился более управляемым, но и он содержал зародыши оппозиции. Это было «теневое правительство» Виталия Розе и гораздо более опасная, с точки зрения реальной политической конкуренции, возможность союза между тем же Газизом Алдамжаровым и Олжасом Сулейменовым. Поскольку объединение всех оппозиционных сил, дающее им большинство в парламенте, умело блокировалось, Верховный Совет мог бы еще существовать. Однако дело ускорил иск Татьяны Квятковской, когда одна из проигравших кандидатов в депутаты Верховного Совета дошла до Конституционного суда, оспаривая итоги выборов по своему округу. Этот иск, поначалу сугубо локальный и бесперспективный, волокитился почти год до того момента, пока команда президента не увидела в досрочном роспуске парламента возможности решить две назревшие проблемы — продлить полномочия главы государства еще на пять лет и «поправить» Конституцию на предмет ослабления парламентаризма и резкого усиления президентской власти. Это и было сделано на двух референдумах 1995 года.

Нынешний, третий по счету, парламент суверенного Казахстана не содержит даже в принципе потенциала для организации сколько-нибудь серьезной оппозиции президенту.

4 марта 1997 года президент сделал еще один решительный шаг к полному президентскому правлению, объявив своим указом об очередных мерах по реформированию государственных органов Республики Казахстан. Реформа власти предусматривает сокращение госструктур на 50%: останется 14 министерств — вместо 21,6 госкомитетов — вместо 13 и 5 других ведомств — вместо 14. Значительно урезано поле влияния премьера Акежана Кажегельдина. Президент взял в свое непосредственное подчинение стратегическое планирование, контроль за стратегическими ресурсами и ликвидировал Министерство нефтяной и газовой промышленности, передав его функции акционерному обществу «Казахойл», которому также передаются государственные доли собственности во всех отраслях нефтегазового комплекса.

Как объявлено, реформа преследует несколько целей. Это и усиление контроля за деятельностью исполнительных органов со стороны главы государства, и сокращение затрат на содержание государственного аппарата (который насчитывает 1 млн. чиновников на 16 млн. населения), и повышение зарплат остающимся в аппарате служащим, и борьба с коррупцией, взяточничеством и безответственностью. Незадолго до выхода указа была развернута кампания по обличению министров образования (Мурат Журинов) и культуры (Талгат Мамашев), виновных в серьезных нарушениях при отборе кандидатов на международную стипендию «Болашак» для обучения в зарубежных вузах. Министры поплатились своими креслами. Президент выступил борцом за справедливость. Такая прелюдия реформы власти призвана обеспечить ей всенародную поддержку. Сокращение госаппарата сыграет свою роль и в «усмирении» столичного чиновничества в связи с необходимостью перебазироваться в Акмолу.

Готовится реорганизация местных, региональных органов власти. Об антидемократическом характере этой реформы уже сейчас предупреждают депутаты маслихатов-собраний. Хотя готовящаяся реформа противоречит действующей Конституции, существуют серьезные опасения, что маслихаты-собрания будут разогнаны. Тогда население лишится последней возможности влияния на власть хотя бы на местном уровне.

Президент начал преобразования в административной структуре республики. Упраздняются и укрупняются районы. Ликвидируются, сливаясь с другими, области. К началу мая 1997 года из 19 осталось 14 областей.

Президент Назарбаев известен в России как «главный евразиец» и интегратор. Но его интеграционные устремления в общественном сознании обрастают несвойственными для самого Назарбаева преувеличениями. Это происходит не без специальных усилий имиджмейкеров и спичрайтеров президента, которому очень важно поддерживать в русской части населения надежду на объединение с Россией. Определенная растерянность в первые годы после развала СССР, о которой не боится сейчас сказать президент Казахстана, успешно преодолена. Убедившись в непроходящей слабости России («Россия могла бы стать стержнем Содружества, но не стала», — так оценил пятилетний срок существования СНГ Назарбаев), казахские политики не скрывают неприемлемости для Казахстана любых наднациональных органов, без которых невозможно развитие в сторону союзнических отношений, но которым было бы необходимо уступить какую-то долю суверенитета. СНГ они видят в качестве совещательного органа. Отношения с партнерами по СНГ считают предпочтительным строить на двусторонней основе. При этом над Россией постоянно висит подозрение в посягательстве на суверенитет Казахстана.

«Для состоявшегося государства национально-государственные интересы превыше всего», — так сформулировал Назарбаев приоритеты казахстанской политической элиты, подводя итоги пятилетнего суверенного плавания во время мартовского саммита глав государств СНГ.

Национально-государственные интересы в политической сфере выражаются в приоритетном отстаивании следующих позиций:

1. Суверенитет и территориальная целостность, понимаемая исключительно как унитарность государства. Всякое упоминание об автономиях строго пресекается как покушение на основы конституционного строя.

2. Государственность казахского языка (и только его) как непременное условие для обозначения и подтверждения суверенитета, при возможности официального использования русского языка. («В РК государственным является казахский язык. В государственных организациях и органах местного самоуправления наравне с казахским официально употребляется русский язык». — ст. 7 Конституции РК.)

3. Неприемлемость постановки вопроса о двойном гражданстве. (Чтобы окончательно лишить возможности поднимать эту проблему, из текста последней Конституции убрана возможность иметь двойное гражданство казахам.) Непреклонность в этом вопросе исходит из вполне обоснованного опасения, что половина населения станет двоегражданской, что сделает эфемерным суверенитет государства.

Укрепление государственности республики, как показывает начавшееся реформирование системы госуправления, понимается прежде всего как усиление президентской власти.

Общественно-политическая ситуация в Казахстане Стабильность, которую удается поддерживать в Казахстане, делает республику внешне привлекательной для инвесторов. Поддержание стабильности является важнейшей задачей руководства. При катастрофическом положении общества — это непростая задача, и для ее решения власть пытается опереться на общественность. В начале февраля 1997 года президент собрал представителей партий, общественных объединений и национально-культурных центров и сагитировал их подписать соглашение, в котором участники, в частности, обязуются воздерживаться от организации массовых акций, «дестабилизирующих общественно-политическую ситуацию». Этим документом власти «связали» руки подписантам, но не себе. На одного из подписавших, лидера независимых профсоюзов Казахстана Леонида Соломина, вскоре было заведено уголовное дело. Развернута жесткая борьба с оппозицией.

Реальная действенность соглашения с общественностью весьма сомнительна, так как оно не поддержано наиболее активными оппозиционными организациями. Но власть принимает и другие, жесткие меры к оппозиционерам. Сейчас заведено 27 уголовных дел на общественных и политических активистов. Генеральный прокурор РК предупредил общественность, что любые выпады и оскорбления в адрес президента и правительства будут караться в судебном порядке. Категорически запрещено в СМИ, публичных выступлениях и интервью выдвигать требования о переизбрании нынешнего главы государства и высказывать сомнение в легитимности его нахождения на посту президента.

Политический спектр Казахстана имеет два явно выраженных максимума, в правой его части — пропрезидентские партии и объединения: Ассамблея народов Казахстана (АНК), Партия народного единства Казахстана (ПНЕК), Демократическая партия Казахстана (ДПК), Партия возрождения Казахстана (ПВК), Народно-кооперативная партия Казахстана (НКПК), слева — оппозиция: партия «Народный конгресс Казахстана» (НКК), Социалистическая партия Казахстана (СПК), Коммунистическая партия Казахстана (КПК), общественное движение «Азамат» (Гражданин), Республиканское общественное славянское движение «Лад», Русская община Казахстана, национальная казахская Республиканская партия Казахстана (РПК), в Алма-Ате заметную роль в оппозиции режиму играют «Рабочее движение Казахстана» и движение пенсионеров «Поколение».

Среди оппозиционных организаций выделяется общественное движение «Азамат». Начало движению положила публикация в марте 1996 г. заявления «Не можем молчать», подписанного 74 весьма известными в республике людьми — академиками, писателями, артистами и общественными деятелями.

Программные установки «Азамата» лежат в плоскости демократизации политической системы, демонополизации номенклатурно-компрадорской экономики, усиления социальной ориентации реформ, поддержки собственного производства и интеграции в СНГ. Сопредседатели движения «Азамат» — Петр Своик, отставленный в 1996 году из правительства председатель Госкомитета по антимонопольной и ценовой политике, и Марат Ауэзов, известный общественный деятель, бывший посол в Китае, отозванный в 1995 году, сын писателя-классика казахской литературы Мухтара Ауэзова. Движение избегает постановки вопросов межэтнических отношений и национальной политики, поскольку по ним проходит линия раскола общества, и четкое формулирование позиции по этим проблемам не позволило бы создать полиэтническое движение. «Азамат» может сыграть роль консолидирующего центра всех оппозиционных сил. При этом сама логика процесса уже вплотную подводит «Азамат» к роли избирательной коалиции для легитимной смены президента Казахстана. Хотя остается вопрос о кандидате от оппозиции. Сопредседатели движения «Азамат» не выражают своих претензий на это место. Более того, Мурат Ауэзов публично объявил, что не имеет притязаний на президентский пост.

Среди организаций, обозначивших в своих целях решение проблем русского населения, в Министерстве юстиции РК зарегистрированы: Русская община Казахстана, Республиканское общественное славянское движение «Лад» (по результатам опроса осенью 1996 года, движение «Лад» входит в первую пятерку влиятельных общественных объединений), Русский союз, Казахстанская ассоциация учителей русской школы.

Русская община и движение «Лад» не закрывают для себя возможности политической деятельности. Они принимали участие в выборах ныне действующего парламента, выдвигая своих кандидатов и поддерживая кандидатов от НКК и Компартии. На выборах победил один кандидат от движения «Лад».

Русский союз — верхушечная организация, руководство которой занимает позицию сотрудничества с властями с целью решения своих, в том числе и коммерческих, задач в Казахстане и России.

Казахстанская ассоциация учителей русской школы, неполитическая организация, призвана координировать деятельность учителей в республике.

/