Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

«Усмирение Аджарии напоминает осетинский вариант»


Говорит Москва

Стремительно развивающуюся ситуацию в Аджарии, а также миротворческую миссию мэра Москвы Юрия Лужкова комментирует директор Института стран СНГ Константин Затулин.
К.Затулин: Ситуация в Грузии сегодня сводится к противостоянию между руководством Грузии и руководством Аджарии. Как вы знаете, в это противостояние могут быть вовлечены широкие массы людей. Аджарская автономия существует не со вчерашнего дня, и создание ее не было каким-то актом милости со стороны Тбилиси. Это было признание того факта, что регион Аджария отличается большим историческим, культурным, языковым, конфессиональным своеобразием. И просто так перепрыгнуть через это своеобразие, унифицировать Грузию, сделать ее унитарной – невозможно. Попытки такого рода, как известно, предпринимал Гамсахурдиа, первый президент Грузии, в Осетии, а также Шеварднадзе, следующий руководитель Грузии. Известно, к чему они привели. Они привели к отпадению Абхазии, Осетии от Грузии.
Сегодня в разрешение тяжелых и кровопролитных конфликтов и в Абхазии, и в Осетии Россия вовлечена как посредник, как миротворец. Конечно, хотелось бы этого конфликта избежать. То, что этот конфликт возник и то, что он должен был возникнуть, многие предсказывали, потому что всем известна позиция руководства Аджарии в отношении тех событий и того метода, который был использован для государственного переворота в Грузии. Всем известно отношении Аджарии к факту скоропалительных президентских выборов, которые были проведены в Грузии. И, конечно же, сегодня на фоне этих событий руководство Аджарии очень внимательно следит за возможными действиями грузинского руководства. Со своей стороны молодой президент Михаил Саакашвили и раньше не отличался чрезмерной деликатностью в отношении с такого рода национальными своеобразиями. Напомню, что в день накануне выборов президента Грузии он без всякого предупреждения попробовал появиться в Цхинвале, то есть в столице отпавшей от Грузии Южной Осетии и только случайность удержала ситуацию от кровопролития. Ему пришлось оттуда уехать. Но сама по себе попытка, попытка без всякого уведомления осетинской стороны распоряжаться в Цхинвале могла привести к возобновлению конфликта, который уже десяток лет находился в мирном состоянии.
Формальным поводом к нынешнему конфликту являлась попытка приезда Саакашвили. Но, как теперь выясняется, Саакашвили ехал не один, и не с небольшой группой охраны, а чуть ли не во главе целого вооруженного отряда, к тому же, одетый в бронежилет. Совершенно очевидно, что когда президент страны выступает в роли провокатора межнациональных столкновений, только для того, чтобы затем спровоцировать реакцию и усмирить регион, который, повторяю, является автономией, это наводит на очень грустные размышления. Что же будет дальше, и как ситуацией воспользуется Михаил Саакашвили, если вдруг в Аджарии ему удастся добиться успеха своим опытом в делах с Абхазией и Осетией? Я думаю, что все эти обстоятельства вызывают большую озабоченность российской стороны. Речь, повторяю, идет не о том, признавать или не признавать Аджарию частью Грузии. Руководство Аджарии много раз делало заявление, в том числе и в самые напряженные последние часы, что она не считает себя каким-то сплавом, каким-то регионом, который стремится к сепаратизму. Но руководство Аджарии требует уважать свои права автономии. Трудно в этом отношении с ним спорить.
Не нужно и, как делают некоторые наши наблюдатели, полностью переносить на ситуацию в Грузии опыт российской истории новейшего времени. Грузия не Россия. Если Украина не Россия, как говорит президент Кучма, то тем более Грузия не Россия. То, что происходит сегодня в отношениях между Тбилиси и Батуми, это своя собственная история, своя собственная ситуация. И это происходит в условиях, когда сама Грузия после 1991 года ни одного дня не была цельной, хотя Россия признает ее территориальную целостность как принцип. Вот этот принцип территориальной целостности не должен приводить к авантюрам и к желанию перескочить одним махом через серьезные отличия в жизни разных регионов Грузии. Грузия — это страна, составленная из многих регионов, отличающаяся иногда очень серьезным своеобразием: языковым, культурным и всяким иным. То, что мэр Москвы Юрий Лужков приехал в Аджарию, это, во-первых, связано с его глубокой обеспокоенностью ситуацией, тем, что в течение многих лет между Москвой и Аджарией развиваются нормальные экономические, деловые отношения, тем, что мэра Юрия Михайловича Лужкова и руководителя Аджарии Аслана Абашидзе связывает личная дружба. И, конечно, в ситуации, когда Аслан Абашидзе оказался «мальчиком для битья» у грузинского руководства, Юрий Михайлович не смог остаться на месте, не мог просто так наблюдать за происходящим.
У Москвы есть свои интересы в Аджарии, в том числе и экономические. И Москва как регион России уже сильно страдает от той блокады, которую Грузия объявила Аджарии. Там есть и российская недвижимость, я имею в виду санаторно-курортные объекты, там есть строительные проекты, есть, наконец, торгово-экономические отношения между Москвой и Аджарией. И, наконец, блокада, которая объявлена в отношении морских судов и самолетов, наносит прямой ущерб Москве, потому что перестала действовать авиационная линия Москва – Батуми как перевалочная линия и как линия, прямым образом связывающая Москву с Аджарией.
Мне кажется, все эти обстоятельства были взвешены Юрием Михайловичем, проведены соответствующие консультации, и он решил на месте убедиться в том, что же все-таки происходит. Мне кажется, нахождение мэра Москвы в Батуми сдерживает грузинское руководство от каких-то непредсказуемых действий. Руководство Грузии уже довольно далеко зашло в своей вот этой неприязни к Аджарии, в своем желании подчинить Абхазию своей воле. Речь идет о подчинении ее даже в мелочах, в тех вопросах, которые всегда являются прерогативой местных властей.
Уже были обращения Саакашвили к международному сообществу проследить за тем, чтобы российская база в Батуми не совершала никаких передвижений. Известны его публичные призывы к Путину вмешаться в ситуацию с тем, чтобы российская база в Батуми никоим образом не была вовлечена в события. Насколько мне известно, никаких подобных планов у наших военных не было и в события они никак не вовлечены. Подобные призывы грузинского президента напоминают крики «держи вора!», которые обычно издают, известно кто. Известно, что все это время, пока Михаил Саакашвили находился в Поти, в непосредственной близости от Батуми, вместе с ним находился посол США Майлс и делал комментарии о происходящем.
Мне кажется, что сегодняшний сценарий, избранный руководством Грузии для усмирения Аджарии, слишком напоминает сценарий в Осетии и Абхазии. И должно быть сделано все, не исключая усилий таких лиц, как мэр Москвы, для того, чтобы избежать этого сценария, для того, чтобы кровь не пролилась. Здесь никакие усилия не могут быть чрезмерными. Естественно, мирные усилия, я имею в виду.
/