Война в Иране: последствия конфликта для России и СНГ. «Между тем» от 30.03.2026
Какими будут последствия расширения конфликта на Ближнем Востоке после того, как йеменские хуситы официально объявили о поддержке Ирана в его противостоянии с США и Израилем? Как наземная операция на территории Исламской Республики изменит политическую и экономическую ситуации в регионе? Насколько велика вероятность, что развязанная американцами война на Ближнем Востоке скрывает долгосрочную стратегию создать конфликт вокруг России и Китая? Как поведут себя в случае эскалации ближайшие соседи России и Ирана — Азербайджан, Армения, Туркменистан? Какие выгоды пытается извлечь Украина из войны Израиля и США с Ираном? Как складываются в этой ситуации российско-иранские отношения? Ждать ли миграционный кризис? И какую роль может сыграть Россия в урегулировании ближневосточного конфликта?
Об этом в программе «Между тем» — первый заместитель председателя Комитета Госдумы по делам СНГ, евразийской интеграции и связям с соотечественниками, директор Института стран СНГ Константин Затулин:
«Н. Метлина: Йеменские хуситы нанесли ракетные удары по важным израильским военным объектам. Сразу после атаки они распространили официальное заявление о том, что вступают в войну против США и Израиля в поддержку Ирана и фронтов сопротивления в Ливане, Ираке и Палестине. Какими последствиями грозит расширение зоны конфликта и кто еще вступит в коалицию на стороне Ирана?
В. Путин: «Последствия конфликта на Ближнем Востоке пока трудно в точности спрогнозировать. Мне кажется, что те, кто вовлечены в конфликт, они сами ничего не могут спрогнозировать. Но для нас это ещё сложнее».
Н. Метлина: Издание «Нью-Йорк Таймс» сообщило, что США передали Ирану план урегулирования конфликта, включающий 15 требований. Среди них отказ Тегерана от ядерной программы, открытие Ормузского пролива и ограничение количества и дальности полета иранских ракет. Вашингтон уже в который раз заявлял об успехе переговоров, а Тегеран, в свою очередь информацию о проверках. Между тем, США продолжают наращивать силы на Ближнем Востоке. Речь идет о войсках для проведения наземной операции. 28 марта в регион дополнительно перебросили около 3,5 тысяч морских пехотинцев. В составе группы кораблей поддержки и прикрытия прибыл десантный корабль USS Tripoli, на борту которого морская пехота, ударная авиация, десантно-штурмовые и тактические средства. В планах Пентагона высадка десанта на остров Харк, рейды в прибрежных районах вблизи Ормузского пролива, возможность спецопераций на иранских ядерных объектах. Всего количество американских военных вблизи Исламской республики достигает 50 тысяч человек.
Удастся ли Трампу, как он выразился, нанести удар и устранить невыносимую угрозу, или Штаты надолго завязнут в этой войне? Давайте разберемся.
А сегодня в нашей студии первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы по делам СНГ, евразийской интеграции и связям с соотечественниками, директор Института стран СНГ Константин Затулин.
Константин Федорович, добрый вечер.
К. Затулин: Добрый вечер.
Н. Метлина: Давайте поговорим о том, что сейчас происходит в Персидском заливе. Йеменские хуситы, они присоединились, выступают сейчас на стороне Ирана. Кто еще мог бы стать помощником Ирана в данной ситуации?
К. Затулин: Ну хочу обратить ваше внимание, что после нападения Соединенных Штатов и Израиля, — или Израиля и Соединенных Штатов, так будет правильнее, — вторично на Иран, конечно, запылал весь Ближний Восток.
Ответом Ирана было нанесение ударов по американским базам и другим объектам в соседних арабских странах. Конечно, радости арабским странам удары по их территории никакой не доставляют. И с точки зрения Соединенных Штатов, которые, можно сказать, вляпались в эту историю по полной программе, было бы правильно, рационально постараться возбудить арабский мир против Ирана, хотя бы по факту этих ударов по арабским государствам. США это пытаются делать.
Но проблема в том, что, во-первых, история этой войны, как и предыдущего нападения, слишком ярко свидетельствует о том, что инициатором были сами Соединенные Штаты, и особенно Израиль, который таким образом хочет закрыть всю историю с Газой, с Палестиной. То есть в большом пожаре погасить малый пожар. А с другой стороны, то, что заявляют Соединенные Штаты, то, как они себя ведут, приводит к мысли многих в исламском мире, что речь идет вообще о борьбе против мусульман. И вот эта борьба против мусульман вместе с сионистами, она создает естественную трудность для любых монархов в Заливе или любых проамерикански настроенных арабских лидеров, которые на самом деле в этой ситуации выглядят как пособники Соединенных Штатов и, хуже того, Израиля. Поэтому реализация плана восстановить против Ирана, я, видите, начал отвечать с обратной стороны, против Ирана арабские государства, она очень затруднительна.
Кто мог бы в этой ситуации, кто помогает Ирану? Ну, конечно, традиционно проиранские шиитские силы во всех государствах этого региона. В первую очередь хуситы, которых вы уже назвали в Йемене, «Хезболла» в Ливане. Фактически военные действия в Ливане вот сейчас ведутся, они уже начались. И, конечно, есть сомнения, подозрения, они периодически высказываются, что такие страны, как Китай, такие страны, как Россия, они, сочувствуя Ирану, могут и, наверное, оказывают поддержку Ирану в той форме, в которой возможно.
Конечно, Иран действует достаточно гибко, когда дело касается судоходства в Ормузском проливе.
Н. Метлина: Это козырная карта.
К. Затулин: Он периодически открывает ворота для тех кораблей тех стран, которые ему кажутся правильными, для индийских или пакистанских. То есть пытается разобщить единый фронт.
Хочу заметить, что драматическим образом цели Соединенных Штатов, в начале заявленные и заявленные на сегодняшний день, уже совершили полный разворот. Начали с того, что надо, в принципе, уничтожить режим, потом сказали о том, что надо доконать полностью ядерную программу, а теперь речь идет об открытии Ормузского пролива. Но вообще-то он был открыт до начала всех этих действий. То есть Соединенные Штаты борются с последствиями своих собственных действий.
Н. Метлина: Они сами создают себе проблемы и с успехом их решают.
К. Затулин: Героически преодолевают.
Н. Метлина: Героически преодолевают. Но вы все-таки упомянули монархии, которые действительно очень здорово пострадали только потому, что у них стоят американские военные базы. Но Трамп ведет себя несколько странно. Я просто хочу небольшую выдержку. Это его мнение о наследном принце Мухаммеде ибн Салмане. Вот что он говорит.
Д. Трамп: «Он не думал, что ему придется целовать мою задницу. Правда, не думал. Он думал, что я буду просто очередным американским президентом-неудачником из страны, которая катится вниз. Но теперь ему приходится быть со мной любезным».
Н. Метлина: На ваш взгляд, тетки, как долго лидеры этих стран: Бахрейн, Арабские Эмираты, будут любезны с Трампом?
К. Затулин: Конечно, история этих государств тесно связана, послевоенная, с взаимодействием, союзничеством или подчинением воли Соединенных Штатов. Как я понимаю, именно арабские монархи Залива, которые были возбуждены исламской революцией в Иране и боялись распространения иранского влияния, подтолкнули Саддама Хусейна начать войну с Ираном. Она велась очень долго, погибло огромное количество людей с обеих сторон. Но потом они Саддаму Хусейну отказали в той помощи, на которую он рассчитывал в качестве оплаты за свои действия. И он в отместку оккупировал Кувейт. А уже в отместку за Кувейт включились Соединенные Штаты. И вот здесь арабские государства, конечно, содействовали Соединенным Штатам в том, чтобы быстро достичь результата.
Но тогда никаких ударов по американским базам не было. А сейчас эти удары привели к тому, что вместо того, чтобы защищать эти страны, базы США на самом деле привлекают на эту территорию удары.
С другой стороны, вот те дипломатические выражения, которые употребляет Трамп, они, конечно, запоминаются. Сейчас вряд ли будут предъявлять счет Трампу. Но по большому счету это все больше убеждает, как мне кажется, что гегемон, перестал быть правильным гегемоном. Вообще все происходящее вокруг Ирана, мне кажется, лучшая иллюстрация к тому, что вот таким путем, через кровь и разрушение, дело в самом деле движется к многополярному миру. Потому что терпеть такого гегемона, что на Ближнем Востоке, что в Европе, что где бы то ни было, что в Гренландии с Венесуэлой, уже очень тяжело.
Н. Метлина: Но подождите, вы говорите о том, что ситуация вокруг Персидского залива, она смешала какие-то страны интересы. Вот опять же, Брикс.
К. Затулин: Да.
Н. Метлина: Арабские Эмираты и Иран являются участниками этого международного сообщества. А что делать сейчас, когда они фактически стоят по разной стороне?
К. Затулин: Ну БРИКС не является военно-политическим союзом. Более того, БРИКС на самом деле не является даже в оформленном виде организацией, там даже нет аппарата. Каждая следующая страна, получая полномочия на год, своими силами обеспечивает ее функционирование. Сегодня, о чем тоже было сказано, в чем главная проблема? Для комментаторов, для кого угодно? С одной стороны, есть Соединенные Штаты, которые устами самого своего президента рассказывают об успехах на переговорах, а с другой стороны есть Иран, который говорит, что вообще в переговорах не участвует. Знаете, я все видел. Я видел, когда по-разному участники переговоров трактуют их результаты.
Н. Метлина: А он вообще не хочет жениться. Одни обсуждают свадьбу.
К. Затулин: Одни говорят, что мы достигли прогресса. Ну, например, наши переговоры – российские. Другие говорят, что не достигли успеха. Но, по крайней мере, мы знаем, что они что-то обсуждали.
Н. Метлина: Нет, подождите. Вопрос заключается в том, что сегодня Соединенные Штаты говорят о начале военной операции сухопутной. И на этом фоне, мне кажется, что вести переговоры достаточно сложно. Но давайте все-таки про Россию. Неожиданная публикация в швейцарской газете «Neue Zürcher Zeitung». Вот одна фраза.
«Neue Zürcher Zeitung»: «В худшем сценарии развития событий США спустя два месяца выйдут из войны с Ираном, сильно ослабленными. Это означает гигантские приобретения для России и Китая».
Н. Метлина: В западных СМИ преобладает один из сценариев за развязанной Соединенными Штатами и Израилем войной в Иране. Скрывается, я цитирую: «Долгосрочная стратегия создать конфликт вокруг России и Китая». Ваши точки зрения?
К. Затулин: Ну, мне кажется, что не обязательно такой глубокий посыл. Очевидно, что Иран прежде всего является целью для Израиля, а Израиль при Трампе стал ведущим, а не ведомым в этой связке между Израилем и США. В какой мере это создает проблемы для России и Китая?
Конечно, создает. С одной стороны, Россия реализовывала программы сотрудничества, всеобъемлющего стратегического партнерства с Ираном. Она от них не отказывается. Россия видит в коридоре «Север-Юг» возможность выйти из изоляции и продвинуться к мировым рынкам.
Безусловно, тот факт, что цены на нефть и на газ взлетели, создает для России комфортную ситуацию. Но это не значит, что с геополитической точки зрения мы ради прибыли на нефть и газ рады будем радёшеньки, если эта война будет дальше продолжаться.
Для Китая это создает, безусловно, тоже проблемы, потому что Китай кормится за счет нефти из Ирана, как и Индия, и, конечно, это создает ему сложности. И, конечно, он примеряет на себя метод, который, — и мы примеряем на себя метод, — которым решили действовать Соединенные Штаты. То есть, ну какой же это многополярный мир, которому мы официально поклялись, если сегодня Соединенные Штаты требуют подчинения грубой силе?
Мы этого не приемлем, мы этого не допустим. Поэтому для нас сочувствие, безусловно, на стороне Ирана. Наши обязательства, конечно, не участвовать в войне, но, по крайней мере, поддерживать и делать максимум от нас зависящего для того, чтобы Иран отстоял свою независимость. Я думаю, это вполне очевидно всем, в том числе Соединенным Штатам.
Н. Метлина: Ну вы вот сказали про БРИКС, что это организация с даже не сформированным аппаратом. Тем не менее, это определенные преференции в экономических отношениях. Кое-какие серьезные политические моменты присутствуют. Но если мы говорим о мировых институтах, в которых сформирован и многолетний функционирует аппарат, то они в деле урегулирования ближневосточного конфликта, на мой взгляд, совсем практически бессильны.
Но об этом мы поговорим чуть позже. Давайте мы сейчас прервемся все-таки на рекламу и поговорим о том, при каких условиях возможен мир на Ближнем Востоке далее в нашем эфире.
Сюжет: «Что ищет он в стране далекой? Зачем Зеленский отправился в Персидский залив? Для кого война в Иране? Вопрос выживания. И как будет разрастаться миграционный кризис в случае эскалации на Ближнем Востоке?»
«По поручению Владимира Путина МЧС России подготовила для Ирана экстренную гуманитарную помощь. Тонны лекарств, медицинское оборудование отправлены в Исламскую республику через азербайджанский город Астара».
Д. Мельник: «Данная помощь включала в себя 300 тонн различных медикаментов. Как вы знаете, ранее была осуществлена еще одна доставка самолетом до аэродрома Ленкарань, впоследствии переправленной на территорию Ирана».
Сюжет: «Операцию удалось осуществить благодаря содействию азербайджанской стороны, которая поддержала проведение гуманитарной миссии. Между тем, в результате ударов США и Израиля по Ирану ранены 22 тысячи человек, в том числе полторы тысячи детей».
Н. Метлина: Константин Федорович, мы с вами в первой части говорили о том, какое количество стран на Ближнем Востоке оказалось втянутым в этот конфликт. Я хочу предложить и дать слово министру иностранных дел Турции.
Х. Фидан: «Эта война развязана ради политического выживания Нетаньяху, но ее бремя ложится на весь остальной мир. Именно поэтому мы продолжаем призывать к максимальной сдержанности. Этот конфликт может усугубить раны и усилить раскол между народами, чьи судьбы в нашем регионе тесно переплетены».
Н. Метлина: У меня к вам вопрос как к крупному специалисту по СНГ, по советским бывшим республикам. Как вообще поведут себя в случае эскалации ближайшие соседи России? Это Азербайджан, Армения и Туркменистан.
К. Затулин: Вот вы начали с цитаты выступления министра иностранных дел Турции. Я считаю, позицию Турции очень характерной. Турция — член НАТО, союзник Соединенных Штатов, более того, опорный союзник на Ближнем Востоке. При этом Турция играет свою игру, она всегда играет свою игру, но в случае с Израилем она играет свою игру в течение многих лет. И она, конечно, не хотела бы сегодня, чтобы ее заставляли таскать каштаны из огня для Израиля. Поэтому Турция выступает критиком всей этой операции. Эрдоган заявил, что 8 миллиардов человек страдает от этой истории, от войны в Иране.
И в том, что касается ближнего зарубежья, для нас ближнего зарубежья, здесь тоже ситуация, которая должна быть проанализирована. Что касается конкретно Азербайджана и Армении, начнем с них. Если вначале возникло обострение из-за якобы иранских, — Иран это отрицает, — дронов, которые прилетели в Нахичевань, что очень было похоже на провокацию. И было закрыто воздушное пространство и так далее. То затем руководство Азербайджана выразило соболезнования, содействовало и само поставило гуманитарную помощь. И вот сегодня, как мы слышали, продолжает в этом вопросе содействовать.
Я думаю, что здесь ситуация, она не такая простая. И она, конечно, взаимосвязана с попытками и Соединенных Штатов, и Израиля, как можно больше задействовать против Ирана тех, кто мог бы быть заинтересован в его распаде и расчленении. Они пытаются, безусловно, задействовать азербайджанский фактор, потому что азербайджанцев в Иране больше, чем азербайджанцев в Азербайджане. Но сегодня Азербайджан не настолько свободен в своих действиях, как может быть ему кажется, когда дело касается интересов Турции. Не только наших, но прежде всего турецких. Турция, по сути, находится в военно-политическом союзе с Азербайджаном, и раз она не заинтересована в том, чтобы Иран развалился, то он явно оказывает влияние, в том числе и на Азербайджан, с тем, чтобы он вел себя в этом отношении поаккуратнее. А то ведь Азербайджан в очень тесных отношениях с Израилем, военных и прочих.
Армения. Мы видим, что господин Пашинян меняет ориентацию страны, пытается это сделать. Он идет сейчас к выборам 7 июня и очень рассчитывает вновь подтвердить свои полномочия. Но вот то, что касается Ирана, здесь он ведет себя так же, пожалуй, двулично, как и в случае с Россией. Все действия Армении в регионе, они реально создают для Ирана проблемы. Армения собиралась подписать всеобъемлющее стратегическое партнерство с Ираном, но я думаю, что друзья в Белом доме явно не хотят, чтобы Армения в этом участвовала. А друзья в Белом доме для Пашиняна гораздо важнее, чем кто бы то ни было. Поэтому доверять в Иране отношениям с Арменией, нынешним правительством Армении не приходится.
Что касается Туркмении, то здесь, безусловно, достаточно аккуратно себя ведут в Туркмении. Конечно, наиболее активно в поддержку Ирана выступил Таджикистан. Это ближайшие родственники. Таджики и персы — это фактически народ одного языка. И Таджикистан даже был предупрежден со стороны Израиля, чтобы он себя так не вел. То есть Израиль при Нетаньяху начинает раздавать указания уже Таджикистану и остальным в нашем ближнем зарубежье.
Н. Метлина: Любой такой конфликт, военный особенно, он подразумевает какой-то определенный миграционный поток, поток беженцев. Вот насколько он будет масштабным и как это коснется, опять же, ближайших соседей?
К. Затулин: Хочу обратить внимание: в том, что касается Ирана, все эти страхи и подозрения, что будет грандиозный поток беженцев, пока, во всяком случае, не находят подтверждения. Было большое желание напугать, и более того, создать антииранский синдром, в том числе и у нас в России, ожиданием потока беженцев из Ирана.
Ну, во-первых, до нас им довольно тяжело добраться, это далекие расстояния. Во-вторых, все-таки надо дать должное народу Ирану, он сопротивляется и ни бежать не собирается, ни сдаваться. По крайней мере, на данный момент — это так. Те, кто у нас, например, работал на «АЭС Бушер», 330 примерно человек уже вывезены. Еще 160 ожидают своей очереди после новой атаки на «АЭС Бушер». Заметьте, что атаки на «АЭС Бушер» уже третья предпринимается, уже после того, как Трамп на весь мир заявил, что он отказался от нанесения ударов по электростанциям, по источникам энергии.
Н. Метлина: То есть, его заявление совершенно не соответствует обстоятельствам.
К. Затулин: Не соответствует, а самое главное, что его заявление не считаю, нужным повторять в Израиле. Израиль говорит, я ни в каких переговорах не участвую, никаких обязательств на себя не брал, поэтому продолжает атаковать. И США продолжают атаковать.
Вот в чем сегодняшний день вот этой войны. Я думаю, что огромная ошибка со стороны Соединенных Штатов состояла в том, что они абсолютно недооценили сам характер и режима в Иране, и, если хотите, характер самого народа Ирана. Государство, которое называется Иран, а раньше называлась Персия до 20 века, на самом деле существует тысячи лет. И находило всегда выходы. Даже когда Персия терпела поражение, как при Александре Македонском, или, допустим, при арабах, завоевавших Сасанидский Иран, они всегда находили свой путь. В этом смысле вся сегодняшняя попытка обречена.
Вопрос наземной операции, которую вы затронули, это пока, во всяком случае, попытка напугать. Я надеюсь, что ума хватает у Соединенных Штатов просто посчитать элементарно. Во время войны в Ираке было сосредоточено 250 тысяч американцев в регионе. При этом арабские государства оказывали поддержку. Сейчас 50 тысяч. Ирак в три раза меньше по численности, чем Иран. 90 и 26 миллионов.
Рассчитывать на то, что этими силами можно что-то захватить? Наверное, можно захватить остров Харк. Но дальше что с ним делать? Его же надо удерживать, а удерживать его будет очень сложно.
И самое главное, что очень уязвимы все коммуникации. Совершенно не обязательно топить все танкеры, которые прорываются через Ормузский прорыв. Достаточно поразить один или два, все остальные остановятся, что и происходит. Потому что это очень пугливое стадо танкеров, которые не хотят попасть под бомбардировку.
Н. Метлина: Константин Федорович, короткий вопрос про Зеленского. Он абсолютно ушел на второй план, и для того, чтобы, наверное, поднять свое имя в рейтинге новостей, он отправился в турне по Персидскому заливу. Что ищет он в краю далеком?
К. Затулин: Ну, вы правы, конечно, что на второй план в целом ушла история с Украиной. На Западе и везде. А для него важно, что именно на Западе Украина ушла на второй план, в Америке она ушла на второй план.
На самом деле Зеленский, мне кажется, предпринял эту поездку еще и потому, что ему показалось, что он может словить какую-то рыбку в мутной воде, чувствуя, что наши симпатии на стороне Ирана и взаимосвязи наши с Ираном понятны. Он хотел бы сегодня подорвать наше влияние в странах Ззалива, потому что страны Залива сегодня оказались под ударом Ирана. Благодаря тому, что они союзники Соединенных Штатов. И вот Зеленский решил: почему бы сегодня не укрепить с ними отношения за счет России?
У нас же были и остаются хорошие отношения с Эмиратами, со всеми остальными. Но при этом мы прекрасно понимаем, что Иран действует так, потому что только таким образом он может остановить эту агрессию. Вот в чем вопрос.
Н. Метлина: Константин Федорович, короткий вопрос. Все-таки есть ли возможность каким-то дипломатическим путем достичь мира на Ближнем Востоке? И какую роль могла бы в этом сыграть Россия?
К. Затулин: Понимаете, в чем сегодня сложность ситуации? В том, что переговорам с Америкой Иран не верит, и у него есть для этого основания. То есть, по сути, речь-то идет о том, что Иран занял позицию, — по крайней мере, до сих пор это так, — что вот только сопротивление и только непримиримость является лучшей в этой ситуации позицией со стороны Ирана. Который должен поставить на место всех, кто его атакует на будущее. Иначе он постоянно будет и дальше подвергаться атакам.
И здесь вопрос уже в том числе и к тому, что происходит в США, в Израиле, где ширится сопротивление этой политике, тоже понимают опасность дальнейшей войны на долгое время. Что касается мусульманских стран, — в том числе таких, как Пакистан, — им все сложнее оправдывать действия США и Израиля. И это не может не действовать даже на самых близко расположенных к Америке руководителей этого региона.
Н. Метлина: Я думаю, что даже Милании Трамп сложно уже оправдывать действия своего мужа.
Константин Федорович, спасибо вам огромное за то, что помогли немножко разобраться в этом очень сложном клубке…
К. Затулин: Я надеюсь.
Н. Метлина: Который, к сожалению, затягивается все туже и туже каждый день. Но мы будем следить за развитием событий. Это была программа «Между тем». Мы выходим в эфир с понедельника по четверг в 22.45 на канале «Звезда»».