Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Написать письмо депутату

Выберите приемную:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

На
страницу
депутата

Выбор Лукашенко: Союзное государство с РФ или ЕАЭС

Источник: Росбалт

Глава Белоруссии размышляет, какой интеграционный проект должен стать для него приоритетным. И не факт, что это будет «общее» государство с Россией.

Если Москва продолжит загонять «батьку» в угол, возможно, он попросит о помощи Запад.

Турбулентность в белорусско-российских отношениях длится уже без малого год — 10 августа 2018-го впервые появилась информация о том, что Кремль готов обрезать экономические дотации Белоруссии (прежде всего — «углеводородное субсидирование»), если Минск не согласится на резкое ускорение интеграции двух стран.

Так начался утомительный марафон двусторонних встреч президентов и премьеров двух стран — порой по нескольку в месяц. Последние переговоры между Сергеем Румасом и Дмитрием Медведевым, а потом и между Александром Лукашенко и Владимиром Путиным прошли примерно неделю назад. Со все тем же итогом: обе стороны недовольны тем, как идет интеграция. При этом Москва настаивает на быстром выполнении условий договора о Союзном государстве (СГ) от 8 декабря 1999 года, а Минск говорит только об экономической составляющей интеграции двух стран и предлагает сперва провести ревизию — прояснить, что сделано, а что не сделано и почему.

Нежелание белорусского руководства выполнять им же некогда предложенный и подписанный договор о СГ вполне понятно: его дух и буква подразумевают, что Белоруссия как независимое государство просто прекратит свое существование, по сути — растворится в России. «Для Александра Лукашенко это было вполне приемлемо в 1999-м, когда договор подписывал дряхлый Ельцин, которого белорусский лидер надеялся сменить в Кремле, — говорит белорусский политолог Светлана Гречулина. — Но не получилось, остался лишь один вариант — править в своем удельном княжестве. Чтобы сохранить белорусскую независимость, Минск в 2007 году де-факто заморозил интеграционные процессы, как раз на стадии перехода к единой валюте двух государств. Но сегодня Москва требует выполнения некогда подписанного договора».

В самом деле, в последних числах мая разные российские и белорусские СМИ вновь начали публиковать «инсайды из Кремля»: дескать, Путин поставил Лукашенко очередной ультиматум. По очень распространенной версии (подтверждаемой в том числе и собственными источниками «Росбалта»), Александр Лукашенко попытался использовать неприглядную историю с трубопроводом «Дружба» для дискредитации перед международным сообществом не только России как надежного партнера, но и лично Владимира Путина. Путин, наконец, обиделся — и стиль общения президентов поменялся. Прежде Владимир Путин старался демонстрировать некое равенство России и Белоруссии и соглашался со словами Лукашенко о том, что два президента — старые друзья и разберутся между собой в любой проблеме. Но после саммита в Пекине, где Лукашенко из-за российского посла Михаила Бабича «психанул» в присутствии Назарбаева, Путин общается с Лукашенко подчеркнуто холодно и «на дистанции».

Посла-то заменили, но «в кулуарах» заговорили о новом ультиматуме, который выдвинуло российское руководство. А именно: либо Лукашенко сам инициирует (возможно, через референдум) процедуру объединения РФ и Белоруссии. В этом случае Путин возглавит объединенное государство, а Лукашенко станет секретарем Совбеза или премьер-министром. Либо же президент Белоруссии запускает процедуру передачи власти преемнику (обсуждалась кандидатура его старшего сына Виктора).

Опять же, по неофициальной информации, сам Лукашенко категорически и очень эмоционально отверг оба варианта. В Москве были готовы и к этому, так что приготовились расконсервировать старый план — начали готовить давно уже инициированный Константином Затулиным законопроект о свободном получении российского гражданства жителями Белоруссии.

Неизвестно, это ли подействовало или что-то другое, но Александр Лукашенко начал публично готовиться к транзиту власти. Хотя, конечно, по-своему: он рассчитывает в очередной раз переизбраться в августе 2020-го (подготовка к выборам уже официально началась), но при этом дает понять, что этот срок для него будет последним и за власть он держаться не будет.

31 мая Александр Лукашенко пообещал, что в стране «уже в ближайшее время появится новая Конституция либо будут внесены изменения в действующую». Однако пока проект нового основополагающего документа обсуждается узкой группой экспертов в строжайшей тайне от народа: никаких возможных изменений в Конституцию общественности пока представлено не было. Если верить утечкам информации, в обновленную Конституцию планируется включить принципиально новый механизм избрания президента — например, парламентом, а также передать часть нынешних президентских полномочий другим ветвям власти.

Но понятно, что в этом случае транзит власти в Белоруссии пройдет уже после 2024 года — а это совсем не устраивает Кремль, который изучает идею «перезапустить» полномочия Владимира Путина, приняв новую Конституцию обновленного государства — с включенной в его состав Белоруссией.

В Минске же от идеи белорусско-российской интеграции уже, по сути, отказались, но еще долго будут поддерживать чисто ритуальные телодвижения в диалоге с Москвой. Теперь все отношения с РФ предполагается строить в рамках ЕАЭС. Это не так выгодно для Минска — прежде были выгодны прямые двусторонние договоренности, но зато, в случае чего, можно заручиться поддержкой других членов Союза, того же Казахстана, например.

Самому Евразийскому экономическому союзу тем временем исполнилось 5 лет. ЕАЭС — это по большей части слепок авторитарных систем первоначальной евразийской тройки. Учитывая это обстоятельство, а также то, что он создавали во время экономической рецессии в евразийских странах, назвать прошедшую пятилетку безуспешной для ЕАЭС было бы неправильно.

Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК) при ее весьма урезанных полномочиях провела серьезную работу по построению единого рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы. На сегодня больше всего достижений, пожалуй, в области создания единого рынка рабочей силы, хотя чаще всего ЕАЭС оценивают лишь через призму свободы передвижения товаров.

Многие препятствия на внутреннем рынке ЕАЭС остаются, но по большей части виной тому — национальные правительства. Они, с одной стороны, сами не спешат устранять препятствия и городят новые, а с другой — не решились наделить наднациональный орган большими полномочиями в этой сфере. В результате, например, очень часто белорусские предприятия не допускаются к российским тендерам — и наоборот.

В целом к настоящему времени выгоды от союза наиболее очевидны для Киргизии. Улучшилось положение киргизских мигрантов в России, а динамика объемов их денежных переводов из России стала намного более положительной, чем у граждан Узбекистана и Таджикистана, которые в ЕАЭС не входят. Также Кыргызстан в рамках вступления в союз договорился о выгодном инвестиционном сотрудничестве с Россией и начал реформировать систему технических стандартов промышленной и сельскохозяйственной продукции, которая ранее фактически отсутствовала.

Для Казахстана выгоды от членства в Евразийском союзе наименее очевидны. Его структура экономики похожа на российскую, и эта республика также в меньшей мере, чем другие страны ЕАЭС, зависит от экспорта своих товаров и рабочей силы в Россию.

В плане выгод Белоруссия и Армения где-то посередине. Благодаря членству в союзе им во многом удалось сохранить те выгоды сотрудничества с РФ, которые они имели и прежде. При этом для Армении, в отличие от Белоруссии, более очевидным стал рост экспорта своих товаров в Россию (с $308 млн в 2014 году до $606 млн в 2018-м). А белорусский экспорт в Россию за это же время упал с $15 до $13 млрд.

На недавнем юбилейном заседании Высшего Евразийского экономического совета в Нур-Султане Лукашенко всячески старался дать понять, что для него теперь именно ЕАЭС — главное интеграционное объединение на постсоветском пространстве. «Надо отказаться от протекционистских решений на национальных уровнях, от введения всевозможных запретительных и ограничительных мер. В этом залог формирования прочного фундамента нашего союза, успешного развития экономик стран, участвующих в интеграции. Тогда не будет проблемы привлечения новых стран, которые мы хотим видеть в союзе. Они сами придут в этот союз. Необходимо создавать равные условия во всех сферах, включая энергетику. Пока же предпочтение отдается интересам отдельного субъекта хозяйствования, отрасли или страны», — заявил белорусский президент.

Во всей описанной истории есть еще один интересный момент. В мае британская The Times опубликовала статью под заголовком: «Последний диктатор Европы может стать нашим союзником в борьбе против Путина». В ней прямо говорится, что реализацию планов России относительно «аннексии» Белоруссии можно предотвратить, если Запад будет вести себя умнее, чем это было в случае с Украиной.

«Наиболее привлекательным вариантом для главного кремлевского хищника может стать аннексия соседней Белоруссии, — пишет автор статьи Роджер Бойз. — Эти две страны подписали союзный договор в 1999 году, который призывает к созданию государства федеративного типа и к долгосрочной лояльности Белоруссии в отношении России. Если подобный вариант будет реализован, а экономики двух стран будут полностью интегрированы, то в результате может появиться Россия Плюс. В таком случае Путин сможет без проблем стать главой этого нового государственного образования, и тогда ему не надо будет даже заниматься переводом своих сотрудников из кремлевских кабинетов в другое место. Проблема с подобным сценарием состоит в том, что Белоруссией уже управляет другой человек, который столь же решительно намерен никуда со своего места не двигаться — речь идет об Александре Лукашенко, которого иногда называют последним диктатором Европы».

В статье очень точно указано, что самая унизительная дилемма для белорусов связана с их экономикой, бизнес-модель которой почти полностью основана на российских субсидиях. Российская сырая нефть доставляется в Белоруссию, там ее перерабатывают, а затем продукты переработки продаются на западных рынках. Москва хочет обложить пошлиной ту нефть, которую она направляет своему соседу. Лукашенко возражает и говорит, что так не ведут себя с самым близким союзником Москвы. Ответ Кремля: ускоряйте интеграцию двух стран, чтобы появилась общая таможенная служба, общая валюта, общая судебная система и общая конституция. Разместите российские военные базы. Играйте в команде, и тогда мы сможем установить внутренние цены на продаваемую вам нефть.

И главный вывод: Западу не нужно даже приглашать Белоруссию под руководством Лукашенко в Евросоюз или в НАТО. Если Москва продолжит загонять его в угол, он сам попросит Запад о помощи. Условием этой помощи может стать проведение глубоких экономических реформ, прозрачных выборов, уступок гражданскому обществу, а также мораторий на применение смертной казни.

Михаил Петровский

/