Поделиться


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Оставить наказ кандидату

Выберите округ:


 Согласен на обработку персональных данных. Политика конфиденциальности

Выступление К.Ф.Затулина на Международной конференции по проблемам преподавания истории в странах СНГ, Литве, Латвии и Эстонии


Я приветствую всех собравшихся и прошу извинить – трудная доля быть членом Генерального совета той партии, которая выдвигает кандидатов в Президенты. Мы очень благодарны министру (иностранных дел РФ С.Лаврову – прим.) за внимание. Он, как вы знаете, призвал к активной работе. Ну, собственно говоря, мы к этой активной работе и приступаем.

С вашего разрешения, я как один из организаторов этой встречи, этого обсуждения, хотел бы тоже сказать несколько слов. Мне кажется, нет особой необходимости подчеркивать тот факт, что наша встреча проходит в очень важный момент в судьбах России и, наверное, всего нашего пространства, которое когда-то Россией объединялось в общее государственное образование. За последние годы, особенно после череды цветных революций в целом ряде стран СНГ, мы столкнулись с еще более серьезной и настойчивой попыткой не только переменить настроение живущих на этом пространстве и убедить их как можно быстрее дистанцироваться от России, включиться в другие геополитические пространства, войти в другие структуры, объединяющие уже в основном не столько выходцев из бывшего Советского Союза, сколько традиционную Европу и традиционную Азию, но и с предпринятой в ряде стран попыткой масштабного переписывания истории. На слуху последние указы Президента Украины, наверное, известные здесь присутствующим, где с помощью своих президентских полномочий верховная власть Украины пытается изменить историю. И это небезобидно. Еще можно иронизировать по поводу разных романтических представлений, когда дело касается прямого соответствия трипольской культуры 20-летие до н. э. и нынешней политической украинской нации. Но когда речь заходит о том, что следует представить события трехсотлетней давности, Северную войну, в которой участвовала Россия, как эпизод создания украино-шведского союза, поставить Карлу XII в канун Полтавской битвы памятник на Украине, а гетману Мазепе памятник в Щвеции, когда принимаются указы, раздражающие наше сознание, о том, чтобы наградить посмертно гауптмана гитлеровской армии званием «Героя Украины» или считать голод 30-х годов геноцидом исключительно украинского народа, а всех несогласных с этим в будущем преследовать в уголовном порядке, – вы понимаете, что мы не можем просто ограничиться дискуссиями исключительно среди ученых на эти темы.

В основе всего, безусловно, стоит наше отношение к истории как к науке. Политических инсинуаций по поводу прошлой истории более чем достаточно. На сегодняшний день есть нужда в том, чтобы высказались профессионалы и не только профессионалы-историки, но и профессионалы-преподаватели истории, которые сегодня вовлечены в процесс обучения подрастающего поколения. Нам бы не хотелось, чтобы это подрастающее поколение выросло манкуртами или янычарами. И тот и другой вариант для России был отвратителен. Поэтому, вернувшись, может быть, лет на 12 назад, хочу напомнить, что в 1995 году в Государственной думе, Комитет по делам СНГ и связям с соотечественниками провел парламентские слушания на тему «Образование в странах СНГ. Современное состояние, перспективы развития и интеграции». Вопрос учебников истории в новых независимых государствах тогда также обсуждался как острейший. Хочу обратить внимание, в 1995 году прошло всего 4 года после распада Советского Союза. В резолюции слушаний, которая была принята в Комитете по делам СНГ и связям с соотечественниками предлагалось Министерству образования России предлагалось, цитирую: «Внести на рассмотрении конференции министров образования государств – участников СНГ предложение о создании из числа ученых-историков экспертного совета по проблемам преподавания отечественной истории в странах содружества в целях проведения анализа использования в образовательных учреждениях учебников истории, раскрывающих историю советского периода развития республик, ставших после распада Союза ССР самостоятельными государствами». И второе, «создать экспертную комиссию по наблюдению за содержанием новых учебников для общеобразовательных учебных заведений России и деятельности фондов спонсирующих издание новых учебников». Последнее требование тоже не случайно прозвучало на слушаниях, посвященных СНГ, потому что это было время в российском образовании, когда у нас произошел взрыв учебной педагогической литературы, в том числе учебников по истории. И целый ряд этих учебников очень вольно трактовал историю России, историю Советского Союза. Напомню, что, например, в одном из таких учебников, который был издан при поддержке фонда Сороса, говорилось о том, что Пеньковский, конечно, был расстрелян, но в моральном плане он должен быть оправдан, поскольку ведь он же боролся с тоталитарным советским режимом.

Можно сказать и о других эпизодах истории, которые излагались в таком же духе. Хочу обратить внимание, что в тогдашней резолюции мы не обращали такого уж внимания на преподавание, скажем, древней истории, истории Средних веков. Мы столкнулись уже тогда, в 1995 году, с совершенно разными трактовками советского периода. Сейчас ситуация, на мой взгляд, усугубилась. Поскольку мы уже не можем ограничиваться анализом имеющейся учебно-педагогической литературы новейшего времени. Нам приходиться, – и нас к этому подталкивают, – обсуждать и проблемы более ранние. Желание продлить свою историю, которая так характерна для молодых наций, для наций, которые впервые обрели государственность в независимой форме, в общем-то извинительно и понятно, но на пути к этому есть одно обстоятельство — необходимость все-таки соблюдать историческую правду. Когда в учебнике истории Молдавии рассказывается о том, что Штефан Челмаре обожал молдавские национальные блюда, в частности, мамалыгу из кукурузы, в те времена, когда еще Америка была не открыта и кукурузы на европейском континенте не было, но над этим можно посмеяться и не более того. Когда рассказываются какие-то другие истории о том, что 100 эстонцев были приданы дружине киевского князя Олега и именно поэтому в 907 году смогли так удачно штурмовать Константинополь, без ссылки на то, откуда взяты вот эти данные о 100 эстонцах и вообще представление об эстонцах во времена князя Олега существовало или нет? Это тоже может быть такой миф, который симпатичен сегодняшней эстонской нации и тем, кто сегодня заинтересован в том, чтобы следы эстонцев находились во все времена и на всех континентах. Но это же ведь уже закладывает достаточно пренебрежительное и поверхностное отношение к первоисточникам, к тому, что составляет основу для любого исследования и для любого учебника, который базируется на таком исследовании.

Актуальность предложений, которые были сделаны 12 лет назад, совершенно не потускнела. Не будем говорить о цензуре и проверке фондов, спонсирующих издание учебников. Это уже делается в России, в частности, делается и по другим каналам, но необходимость межгосударственной координации остается востребованной. Что, как мне кажется, находит отражение в проекте резолюции, которую мы предлагаем принять по итогам нашей конференции. Настоящая война за историю, которая развернулась на пространстве СНГ среди прочих своих направлений имеет, к сожалению, ярко выраженную антироссийскую направленность. Речь идет о том, чтобы объяснить факт своей независимости жгучей потребностью избавиться от русского или российского влияния. В разных формах эта идея присутствует во многих учебных изданиях, которые сегодня являются базовыми для изучения истории в средней школе в государствах СНГ. За редким исключением, хочу заметить. Мы видим попытки представить Россию исключительно как колонизатора, а весь общий период истории представить как нечто такое совершенно темное и мрачное. Первые учебники постсоветского периода создавались по очень простой схеме. Из учебников истории советского времени изымались разделы, параграфы или абзацы, где говорилось о дружбе народов или о положительной роли СССР в развитии бывшей союзной республики и вписывались новые о колониальной сущности России и СССР, угнетении и борьбе за независимость.

Я не буду сейчас злоупотреблять примерами, потому что примеров этих больше чем достаточно и в той справочной литературе, которую мы попытались распространить к сведению участников. Собственно говоря, самое главное, наверное, в вашем собственном опыте. Нас беспокоит то, что подрастают целые поколения, которые не знают нашей общей истории и не умеют ценить исторической дружбы между нашими народами. Я говорю это не голословно, а опираясь на те данные, которые мы еще раз недавно получили в ходе той работы, которую поручению правительственной комиссии, по заказу Министерства иностранных дел провели среди наших соотечественников, живущих в республиках СНГ и некоторых так называемых непризнанных государствах – Приднестровской Молдавской республики и республики Южной Осетии. Вот это исследование российской диаспоры на пространстве СНГ. В течение конференции мы распространим среди участников эту книгу, вышедшую в этом году. Само исследование было проведено в 2006 году, было опрошено более 5000 респондентов. Опросами были охвачены Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Молдова, Украина, а также, как я уже сказал, Приднестровье и Южная Осетия. Наряду с вопросами, которые касались современности, касались вопросов самочувствия наших соотечественников, их требований и к России, и к новой исторической реальности (забегая вперед скажу, что самое ключевое для наших соотечественников за рубежом это государственность русского языка и требование равноправия русского языка и двойного гражданства, как второго, российского гражданства, как гражданства, которое продолжало бы привязывать их к России). Но мы задавали и вопросы, которые относятся к оценке исторических событий. В частности, мы задавали вопрос о том, как люди относятся к прошлому, к распаду Советского Союза и вопрос о том, удовлетворены ли они тем, как в школьной программе по истории представлены отношения России и страны проживания. Так вот, в среднем большее число опрошенных не удовлетворено преподаванием истории в школах, 41,3% опрошенных против 36,1% не удовлетворены преподаванием истории. И подавляющее большинство, я бы сказал, как депутат Государственной думы, конституционное большинство, сожалеют о распаде Советского Союза – 65,9, 66% как раз две трети против 17 с небольшим процентов, люди, которые сожалеют о распаде Советского Союза. Повторяю, речь идет о наших соотечественниках, о людях, которые этнически взаимосвязаны с сегодняшней Российской Федерацией, но живут за пределами России.

Мне кажется, что было бы интересно огласить цифры, касающиеся ситуации в разных странах. Вот, например, в отношении школьных учебников истории и отражении в ней российско-армянских, белорусских, казахских, киргизских, молдавских, украинских отношений. Большинство, как я сказал, этим не удовлетворены. При этом, если в Армении все-таки подавляющее большинство согласно с трактовкой учебников истории (71% против 11%), также как в Белоруссии (56%, 57% согласны с трактовками учебников и 17% с небольшим не согласны), то другая ситуация в остальных объектах нашего исследования. В Казахстане, например, практически поровну – 38% удовлетворены, а 39% не удовлетворены изображением в учебниках российско-казахских отношений. В Молдавии 73% не удовлетворены отражением молдавских учебников истории, российско-молдавских связей, а только 9% – около 10% удовлетворены. На Украине 65% не удовлетворены, 16% удовлетворены. Я уж не буду приводить все абсолютно примеры, но хочу обратить ваше внимание еще на одно: как по возрастным характеристикам отличаются те, кто удовлетворены отражением прошлой истории в учебных пособиях от тех, кто не удовлетворены. Чем моложе респонденты, чем моложе были опрошенные, тем более они удовлетворены тем, что им преподают на уроках истории и, соответственно, тем меньше среди них недовольных. 18% всего недовольны тем, как преподается история среди молодежи до 24-х лет, 42% среди возраста 25-34 года, 43% — 35-54 года. Как видим, число недовольных возрастает по мере опроса у более взрослой части населения, которое как раз помнит эти совместные годы жизни, в отличие от молодого поколения, которое тогда было слишком молодым. Образовательный ценз также влияет на оценку качества преподавания истории в школах. Чем выше уровень образования, тем больше скептиков, тех кому не нравится нынешняя история в школах. Тех кому не нравится, я хочу обратить внимание, среди них 48% — это люди с высшим образованием, 36% — со средним и 28% — с начальным. Чем менее образованные люди, тем меньше они видят причин для беспокойства, чем более образованные, тем больше они этим не удовлетворены.

Я привел эти цифры не ради того, чтобы, знаете, опираясь всего лишь на вот этот срез настроений, делать далеко идущие выводы. Но очевидно одно, что если сейчас, если в этот момент мы не попробуем объединить усилия в борьбе с фальсификацией истории, уже не только на уровне ее творения в научных исследованиях, но и на уровне ее преподавания в школах, то мы проиграем будущее нашего пространства и проиграем всякую возможность идейно, нравственно, если хотите, обосновать любые попытки интеграции, все равно на каком бы уровне они не совершались — на политическом, военном, оборонном, экономическом и т.д. Если сегодня молодому поколению доказать, что все недавнее прошлое, это сплошная череда несчастий, а напротив предметом гордости для каждого украинца должна быть Конотопская битва и гетман Мазепа, то в таком случае заранее ясно, каково будет отношение этого молодого человека к России и к российско-украинским отношениям. Я взял, в данном случае, Украину в качестве примера, но мы можем поставить на место Украины любую другую страну – Грузию, Казахстан, Туркменистан и т.д.

Я приветствую всех участников конференции и очень рассчитываю, что наша работа пройдет заинтересованно. Мы в рамках Правительственной комиссии по делам соотечественников за рубежом постоянно обращаемся к вопросу о преподавании, о развитии образования, в том числе развитии преподавания истории и литературы в средней школе, в высшем учебном заведении. И я неоднократно высказывал и надеюсь, что вы меня поддержите, что необходимо написание пособий, которые бы трактовали вот такие конфликтные моменты нашей общей истории, давали бы им объективную оценку и вместе с тем такую оценку, которая не приводила бы к разрушению традиционных отношений дружбы и сотрудничества между нашими народами. Призывом к этому я и завершаю свое выступление в надежде на то, что все дальнейшие выступающие разовьют тему и приведут свои примеры. Большое спасибо.

/